Спала с твоим мужем и спит сейчас, между прочим. Да еще и мой гениальный план едва не испортила, залезла туда своим носиком, куда не положено. Да, Ирина Юрьевна? Ведь из-за вашего носика любопытного Свете предъявили обвинение? Я не планировал. Мне просто нужен был рычаг давления. — Егор повернулся к Светлане и поцеловал в плечо, — на тот случай. Если ты, любовь моя, не оценишь мой гениальный замысел. Все ради тебя, понимаешь? — еще один поцелуй и вернулся к Ире, — Заслужили наказания, Ирина батьковна. Любовь моя, ты у нее прощения просила? Дурочка.
Сейчас она будет просить. Поняла? — последнее слово он буквально проорал Белоснежке в лицо, от чего из глаз-таки брызнули долго сдерживаемые слезы. Быстро закивала, лишь бы убрал в сторону оружие. — Умница! — и он с размаху отвесил ей пощечину. — Давно мечтал."
"Подошел ближе и развязал. Ногой пнул в спину, от чего Ира упала на колени к ногам Светы. Та поймала ее загнанный взгляд, но выработанная годами привычка держать лицо спасла.
— Ну! Не слышала? Проси прощения.
— Подошел к Свете обнимая.
— Ппрости, — заикаясь, пробормотала Белоснежка. Слезы не хотели останавливаться.
— Не верю! — закричала Света. — Дай мне! — протянула руку к пистолету.
Но Малыгин был осторожен. Сначала поднял Иру на ноги и схватил ее словно щит. Только после этого бросил оружие «подруге».
Свете пришлось подыграть, чтоб уловить момент.
— Давай, су… на колени! — рявкнула она, ноги Иры подкосились. Выстрел. Мужчина сзади взревел, а вместе с ним и Ира, которую за волосы толкнули на Свету.
Борьба и пистолет снова у Малыгина. Смотрит прямо в лоб беременной возлюбленной Алека. Ира не колебалась ни секунды. Когда раздался второй выстрел, прикрыла ее собой.
Грудь обожгло огнем. А в следующее мгновение все смешалось. Двери вышибли, несколько выстрелов, визги, крики… неужели голос Сергея?.. Алека?.. Но почему так больно? Опустила глаза вниз, по блузке расползлось ярко-алое пятно. Ранил? Убил? Вокруг тишина. К ней кидается мужская фигура… Зеленые глаза полны ужаса.
— Сережа, — выдохнула и поразилась голосу — безжизненный.
— Прости…
— Ира, нет! Нет! Держись! Не сдавайся, девочка моя! Слышишь? Это сирены! Там должна быть скорая.
Ее подхватывают на руки и несут к двери. Мельком замечает, как Алек яростно пинает Малыгина то в живот, то в лицо. Его пытается успокоить Света.
— Ира! Не закрывай глаза! Ира!
Голос далекий, ее уносит теплой волной. Но снова слышит это «Ира!». Открывает глаза. Зеленые глубины почему-то наполнены влагой.
