Он-то сам рассчитывал после смерти удостоиться личного кургана, где будет лежать вместе со своим конем и оружием. И нукер подтолкнул в спину перса, который смотрел на происходящее все так же безучастно. — Ну, пошли, что ли, бедолага! Окажу тебе великую честь! Тебя вороны склюют. Смотри, сколько их летает! И как эти твари узнают, когда много покойников будет? Наверное, им злые духи нашептывают.
Глава 38
4 августа 626 года. Константинополь. Седьмой день осады.
Ромейский флот замер в тревожном ожидании.
Семьдесят кораблей патрулировали залив Золотой Рог и Боспор Фракийский, вспарывая тысячей весел гладь теплого ласкового моря. Прошлой ночью из Хал вышли сотни долбленых лодок, которые со скоростью птиц перебрались в городок Хрисополь, что расположился на берегу, захваченном персами. Ромеи просто проспали тот момент, когда словене, обмотав весла тряпками, вышли из гавани. Это была катастрофа! Это был просто немыслимый позор! Но хитроумный друнгарий, который не хотел лишиться должности, заявил, что именно так все и было задумано, ведь лодки повезут назад отборный персидский отряд, искусный во взятии крепостей.
Тут они их и встретят! И вот теперь имперский флотоводец вглядывался в темноту до боли в глазах, ведь у него был только один шанс стать героем. Во всех остальных случаях он будет разжалован и изгнан с позором со службы, и только заступничество знатной родни спасет его голову. Друнгарий даже поежился от таких мыслей. Он потом с наблюдателей шкуру спустит.
Нельзя такое упущение прощать.
— Они выходят, господин, — к друнгарию подбежал бандофор[40] и склонил голову. — Наш человек подает сигнал из Хрисополя.
— Лучников — на палубу, баллисты — к бою! Передать сигнал — двадцать кораблей отрезает их от берега, остальным — построение «Дуга». Все, как мы вчера обговорили.
— Слушаюсь, господин, — склонил голову бандофор. — Я дам сигнал.
Десятки кораблей вспенили море веслами. Двадцать пять пар их было на каждом дромоне! Не было у этого корабля соперников на море, он мог догнать даже дельфина.
А уж словенские моноксилы и вовсе были страшны для него лишь своим числом. Что стоит опрокинуть утлую лодчонку? Что стоит утопить ее выстрелом из баллисты, превратив борт в щепки ударом камня или копья?
— Паруса спустить! Идти на веслах! — прошла команда по кораблям. Ветер сегодня был противный, и парус будет лишь мешать.
Дромоны двумя стрелами ринулись к долбленкам, отрезая их от берегов.
