Князь

 – К колдуну проклятому!

– А знаешь, когда он мне эту сказку поведал? Когда я его спросил, как от рохли в подвале избавиться. Лютобор посоветовал у нас в храме под горой святой воды набрать да с молитвою подвал и опрыскать. И свечу блаженному какому-нибудь зажечь.

– Лютобор? Святую воду в храме? – не поверил своим ушам Василий Ярославович.

– Да, отец. Он сказал, если православные отцы не признают его, это еще не значит, что он не признает православия.

– Истинны ли слова твои, отрок?

– Вот те крест, – осенил себя знамением Андрей.

 – Он веру истинную уважает и чтит, хотя сам к кресту и не подходит.

На самом деле старый волхв говорил немного иначе. Он объяснял, что сила богов – в молитвах, к ним обращенных. С каждой молитвой человек отдает богу частицу своей души, своей внутренней силы – и эта сила защищает верующих, когда те обращаются к небесам уже за помощью. Почему бы и не воспользоваться молитвой, обрядом, водой нового бога, раз уж он набрал на здешней земле немалую силу?

Но Зверев считал, что самую суть объяснения он передал верно.

Лютобор не любил христианскую веру. Но враждовать с ней колдун не собирался.

– Выжечь гнездо это сатанинское надобно, – крепко сжал кулак боярин. – Холопы вернулись, сил в достатке. Выжечь, дабы и следа никакого не осталось!

– Разве тебе не говорили, отец, что именно Лютобор исцелил меня, пока ты ходил на службу государеву? – повысил голос Зверев, испугавшись за наставника. – Разве плохо, что род он наш спасти желает, мать от бесплодия вылечил? Так ли за дела добрые платить положено?

– Он опозорил супружницу мою, Андрей! – рявкнул боярин.

 – Он ее сатанинской силой исцелял, а я лишь от Бога истинного благость принимать намерен! Душа моя принадлежит Господу нашему, Исусу Христу, слово – государю русскому, живот – земле отчей! Не желаю колдовством черным род свой марать, и вам… – вытянул он руку к Андрею, – и вам не позволю!

– Разве ты Бог, отец, чтобы отделять заблудших от оступившихся, верующих от грешников? Гордыня это, отец, грех страшный!

– Уж не ты ли судить меня намерен, недоросль?!

– К Богу за ответом обратись, к Богу! – Андрей старательно бил в одну и ту же точку: переводил мысли боярина с самосуда на суд высших сил.

 – Отвези нас с матерью в храм православный. Дай исповедаться, к причастию подойти, службу отстоять. Коли Бог нас с матерью примет, из храма мы очищенными выйдем. Нет – сгорим там, как силе бесовской и положено.