Князь

Тем не менее боярин, выехав вперед обоза, продолжал двигаться широким походным шагом.

Внезапно послышался треск, из-под копыт хозяйского скакуна проступила вода, и снег вокруг начал стремительно темнеть.

– Стойте! – крикнул Василий Ярославович, но сам шага не замедлил.

– Ты куда, отец?! – натянул поводья Андрей.

– Не проваливаюсь же, – пожал плечами боярин.

Действительно, тонкий лед трещал и ломался, однако всадник в глубину не уходил, копыта погружались на глубину лишь двух-трех ладоней. Василий Ярославович все больше удалялся от обоза, медленно растворяясь в сумраке.

Прошло с четверть часа, и наконец из ночи послышался его громкий голос:

– Сюда гоните! Во весь опор!

– Ну, с Богом, – перекрестился князь Сакульский. – Давай, мужики, нахлестывай. За мной, на рысях, пошли!"

"Он дал шпоры коню и первым, ломая тонкий ледок, поскакал за отцом. Вода, поначалу составлявшая всего пару ладоней, постепенно прибывала и через сотню саженей составила уже почти полметра. Но зато здесь стали различимы заросли камышей, что помахивали темными кисточками справа и слева от зимней дороги.

Это означало, что суша совсем рядом. Похоже, на Ильмене, как и на всех озерах, лед начал таять от берега – а ночной морозец прихватил поверхность новой тонкой корочкой.

– Ой, ё-о… – Конь провалился почти по брюхо, стремена и сапоги макнулись в воду, но уже через мгновение скакун, двигаясь короткими прыжками и ломая грудью лед, выбрался на мелкое место, без понукания перешел в галоп.

Еще сотня саженей – и Зверев оказался на берегу, рядом с боярином Лисьиным.

– Добро в санях промокнет, отец, – спешился Андрей и погладил гнедого по морде, успокаивая после неожиданного приключения.

– Сильно не промокнут, коли проскочат быстро, – ответил тот. – Глубокое место только одно. Опять же, иного пути на берег все едино нет.

Послышались испуганные возгласы, женский визг, и где-то через полминуты, расплескивая воду, из сумрака вырвались первые сани, потом вторые, третьи… За ними шли всадники на испуганно хрипящих лошадях.

Промоина в конце зимнего, толстого льда не миновала никого. Снова сани, шестые, седьмые…

– Все, – осенил себя крестом боярин. – Добрались.

– Куда? – не понял Андрей. – Новгород-то где?

– В шести верстах по Волхову, – махнул рукой в темноту Василий Ярославович. – Но это уже посуху, можем и завтра, не поспешая, докатиться. Привал.

* * *Великий Новгород путники увидели на рассвете.