Зажиточный купец оказался, естественно, мужчиной дородным, чернобородым, в бобровой шапке и собольей ферязи, из-под которой проглядывала суконная поддева. Он приложил руку к груди, степенно поклонился:
– Доброго вам здоровья, бояре. Чем могу вам душевно угодить?
– И тебе долгих лет, торговый человек. Вот, держи… – И Андрей положил ему в руку кошель с талерами.
– Что это?
– Серебро.
– А за какой товар?
– Ушкуй нам нужен, Потап. У тебя, слышали, есть. Берем.
– Вы его видели?
– Нет, – мотнул головой Зверев. – Но у такого справного купца и судно должно быть справным. А нам иного и не нужно.
– И сколько здесь?
– Мы же не видели ушкуя, – напомнил Андрей. – Вот и ты в кошель не заглядывай. Тебе серебро, мне ушкуй. Идет?
Купец задумчиво взвесил кошель в руке, подумал, снова взвесил – и решился:
– По рукам, боярин! Лихому молодцу ушкуй и уступить не жалко. Бери!
* * *"
"Лед шел по Волхову целую неделю.
Стронулся с места на третий день после покупки ушкуя, а освободил реку только к десятому. Все это время Лучемир, щурясь, нюхая и тыкаясь во все носом, облазил корабль от макушки опущенной мачты до самого нижнего трюма и потребовал сменить почти половину оснастки: подгнившие или стершиеся, по его словам, канаты и веревки, ветхие паруса, кормовое весло и бочки для воды. Кроме того, потребовались припасы, гамаки, посуда и куча всякой другой мелочи, на которую ушло в общей сложности почти семь талеров.
Еще на три талера его разорила Полина, пожелав для их уютной каюты ковры на пол и на стены, перину (с кровати, решила она, в шторм можно упасть), специальные подвесные светильники, не боящиеся качки. Во всяком случае, так утверждал купец, продавший ей еще и индийский талисман, хранящий от гибели в пучине, от любых болезней и немилости мужа. Отдельной строкой прошли полталера на покупку специальных кожаных бортов, что натягивались от носовой надстройки до кормовой и защищали палубу от волн и брызг.
Андрей сказал купцу Кушкареву, что таковые должны прилагаться к ушкую как его часть, – и тот неожиданно согласился купить новые в складчину. Наверное, хорошо отыгрался при покупке у него же ковров.
В пятый день после Благовещенья ушкуй благополучно скатился в воду на смазанных салом салазках.
