Князь

 – Неф, конечно, куда крепче… Да токмо кто еще знает, каково оно на ходу, это судно? Мыслю, Лучемира кормчим на него пересадить надобно, Левшия и Тришку в помощники. И я пять холопов дам. Старик он опытный, управится. А Риуса на ушкуе к рулю поставим. Он с дедом уж года четыре плавает, тоже глупостей натворить не должен. Вслед за нефом пусть плывет, вот и не заблудится. Пожалуй, повезло нам с этим судном. Слишком много я думы думал, как золото монетой звонкой сделать. Совсем забыл о том, на чем нам опосля товар купленный везти.

Тут нам без пары нефов не обойтись будет, никак не обойтись.

– А людей для команды на три корабля нам хватит?

Князь Юрий задумался и молчал до тех пор, пока они не опустили сундуки в небольшой трюм под хозяйской каютой. Покончив с этим, дядюшка откупорил бочонок выигранного рейнского вина, налил себе и Андрею по полному кубку:"

"– Давай выпьем за славное, боголюбивое деяние, свершенное нами сегодня, в этот дождливый, но светлый для рода Друцких день.

Сегодня мы сняли долговую удавку с шеи многих десятков наших родичей, Андрей Васильевич. Тех, кто поддержит в трудный момент, тех, кто поставит вместо тебя на службу людей или поручится перед другими знатными людьми. Тех, к кому ты всегда можешь скрыться от опалы своего государя, не боясь выдачи, кто похлопочет, чтобы тебя приняли в новой стране с почетом и уважением, а не презрением. За наше древо, за крепкие ветки его, кровными узами повязанные. Сегодня мы помогли всем, завтра придет и их черед. Давай выпьем, выпьем за родичей наших, старых и новых…

Они осушили бокалы, Юрий Семенович заткнул и убрал к стене за сундук бочонок.

– Идем, княже, надобно людей на неф снарядить.

Зверев понял, что продолжения не будет. О содержимом сундуков добрый дядюшка предпочел не упоминать. И ладно бы, коли речь шла только о закладах. Это понятно, их можно и хозяевам прежним вернуть. По-родственному. Но ведь ростовщик и сам Друцкий вели речь о закладных грамотах, долговых, рядных.

Что с ними? Князь Юрий Семенович не порвал их торжественно в клочья, не сжег, не утопил в соленых холодных волнах. Нет, князь их припрятал поближе к себе, подальше от случайностей, и уничтожать явно не собирался. Так что на уме у тощего старикашки? Хочет заменить больного астматического Альбрехта в качестве главного заимодавца семьи? Так сказать, оказаться тем, кто по-хозяйски заботится о прочих младших родственниках.