Князь

Князь отвалился на спину, вскидывая ствол, чуть оттолкнулся от борта, выскользнул на открытую палубу, навел кончик длинной пищали на бочку средней мачты и нажал на спуск.

Д-дадах!

Чем хорош дробовик – так тем, что из него целиться не нужно. Сноп картечи, расширяясь в полете, цель и сам непременно найдет. От бочки полетели щепы, послышались крики. Андрей юркнул обратно к борту – а на том месте, где он лежал, с гулким стуком выросли толстые палочки арбалетных болтов.

– Хорошо стреляют, сволочи. Пахом, пищаль! – Зверев коротко выглянул наружу.

Каравелла под всеми парусами проносилась мимо потерявшего ход ушкуя. Риус, громко ругнувшись, навалился на руль – и судно повернуло пирату под корму. – Молодец, рыжий!

Князь вскинул вторую пищаль, дал выстрел в сторону задней бочки. От нее полетели крупные щепки, шлемы – потом вдруг вывалилось днище, и вниз с отчаянными воплями ухнулись сразу три арбалетчика. Бывших…"

"Теперь можно было больше не прятаться: передняя бочка закрывалась от ушкуя парусами, оба судна стремительно расходились в разные стороны.

Риус сумел не только «потерять» в нужный момент ветер, но и «найти» его, едва понадобилось дать полный ход.

– Пахом, – задул свечу Зверев. – Давай порох. Зарядим, пока тихо.

Он не отрывал взгляда от стремительного корабля с наружными шпангоутами. А там, наконец-то, началась суета, забегали пираты, многие из которых были в кирасах и шлемах. Носовые паруса и часть треугольных сложились, потом раскрылись снова, по другую сторону мачт, и тут же наполнились ветром.

Каравелла резко повернула, едва не черпнув бортом воды, снова погналась за ушкуем. Похоже, ростовщик таки продал бандитам потерянного для фирмы богатого клиента.

Дядька принес мешочек зерненого огненного зелья – мерным стаканчиком они засыпали по порции пороха в каждый ствол, прибили его пыжом, поверх отсчитали по восемнадцать свинцовых восьмимиллиметровых картечин – жребия, как называли его мастера пушечных дел. Осталось затолкать несколько гранул в запальное отверстие, подсыпать пороха на полку, и пищали снова были готовы к стрельбе.

Каравелла за это время успела сократить расстояние до ушкуя с версты до трех десятков саженей.

– Захар! – развернул плечи князь Друцкий. – Лук мой где?

– Пахом, – тут же встрепенулся Андрей. – И мой тоже неси.

Картечного залпа из лука дать невозможно – но зато бьет он втрое дальше любого дробовика.

– По бочке стреляем? – предложил князь Сакульский.