Абсолютная власть в больших дозах убивает сначала душу, а потом и тело. Интересно, был ли мой сын в его свите?
Князь почти ничего не ел и мало пил. Он еще пытался бодриться, но понятно было, что долго не протянет. Наверное, поэтому и вспомнил смерть Генриха Плантагенета. Мне кажется, у Жоффруа де Виллардуэна рак. Эту болезнь пока не знают и не лечат. Считают, что это старость убивает. Впрочем, и в двадцать первом веке при таком диагнозе врачи чаще помогают болезни, чем больному.
На четвертый день мы отправились охотиться на волков.
На Пелопоннесе хорошо развито животноводство. Для себя держат коз и овец, а на экспорт выращивают ослов, мулов и лошаков. Говорят, они пользуются большим спросом в Италии, особенно у монахов. Свояк свояка узнает издалека. Отправились на охоту со сворой собак. Они будут загонять, а мы будем добивать. К нам присоединилась Агнесса с придворными дамами. Ехали они на лошадях с дамскими седлами. Под Агнессой была арабская кобыла серебристо-гнедой масти — ноги темно-гнедые, корпус гнедой, грива светло-рыжая, а хвост желтовато-белый.
Вместе с сестрой отправился и Роберт, хотя мне сказали, что он не любитель охоты. Предпочитает пировать, играть в кости или волочиться за женщинами. Я подумал, что он поперся с нами из-за дам.
Было теплое солнечное утро, предвещающее жаркий день. Дул северо-западный ветер, обычный в этих краях летом. Мы с час ехали в гору по широкой дороге, потом свернули в долину. Туда нам будут выгонять волков. Основную работу будут делать собаки. Нам останется только добивать затравленных хищников.
Меня такое мероприятие не увлекало. Поехал, чтобы развеяться после затяжного пира. Поэтому немного отстал от всех. Хотел обдумать, не заскочить ли на обратном пути к берегам Трапезундской империи? Освобожденные из рабства трапезунды рассказали, что к ним приплывает много купеческих судов из разных стран — отблагодарили, как смогли.
Рядом со мной сразу оказался Роберт де Куртене. Он ехал на спокойном вороном жеребце преклонного возраста. Сам выбрал его.
Нормальный молодой рыцарь сядет на такого коня только в крайнем случае и никогда для прогулки с дамами.
— Говорят, у себя в королевстве ты самый лучший полководец. Единственный, кто победил татар, — неслабо лизнул Роберт.
— Не победил, а всего лишь не дал победить себя, — отказался я от незаслуженной славы.
— Это одно и тоже, — не согласился он. — Не обязательно выигрывать сражение. Главное — не проигрывать важные, — проявил Роберт де Куртене неожиданный для меня ум.
