Князь Тьмы и я. Книга вторая

Вроде все в пределах нормы, чуток помятости на одежде, но лихорадочный блеск в глазах, и улыбка, совершенно отличающаяся от демонстративной лучезарности, и губы у нее, кстати, были заметно… зацелованными.

— Это значит — младший брат действующего главы дома. Каиль?

— Грэя? — в свою очередь вопросила я.

И Грэя неожиданно смутилась. Вот это номер!

Под моим взглядом горничная смутилась окончательно, и разглядывая исключительно пол, пробормотала:

— Ненаследный князь осознал свою ошибку очень быстро, мы вступили в сражение и… я… он… мы…

— В общем – она его чуть не изнасиловала, — прекратил мучительный монолог князь.

И Грэя покраснела.

Натурально покраснела!

На щеках румянцем и на шее пятнами красными!

— Грэя, — потрясенно позвала я.

— Мне стоит переодеться, — выдала вампирша."

"И стремительной тенью нас покинула.

Даркан сопроводил ее уход кривой усмешкой, и когда Грэя ушла, тихо сдал всю ситуацию:

— Я планировал перехватить их у автомобиля, я все же быстрее чем князь Текрад.

— Да чему же тут удивляться? Грэя просто звала на помощь!

— Мужским голосом? – насмешливо поинтересовался князь.

Оу.

— А что это на Грэю нашло? — тихо спросила я.

Пожав плечами, Даркан засунул руки в карманы брюк, и несколько напряженно ответил:

— То, на что я рассчитывал с тобой.

Пауза.

Она, возможно, и стала бы неловкой, но пока что в ней было больше непонимания, подавляющее большинство абсолютного непонимания.

Даркан тяжело вздохнул, мрачно посмотрел на меня и произнес максимально ровным тоном:

— Агрессия и секс связаны, Каиль. Контролируемое применение силы и настойчивость мужчины возбуждают обоих партнеров, вызывая нарастающее желание.

Снова пауза.

Выразительный взгляд князя. Непонимающий мой.

— Базовая фраза здесь: «Контролируемое применение силы и настойчивость мужчины», — уточнил для меня Даркан, видимо, перестав надеяться на мою сообразительность.

Оу, вот оно как.

Что ж, мне оставалось только сообщить:

— Иди учи психологию, князь.

Вампир не вняв хорошему, между прочим, совету, остался стоять, обозревая меня с высоты своего роста.

— И в чем же я не прав? – в конечном итоге вопросил он.

— Во всем, — мрачно уведомила его.