Князь Тьмы и я. Книга вторая

После, вернув мне возможность двигаться, открыл проход — Грэя еще не успела уйти, она стояла все там же и так же, и сжимала кулаки, явно пытаясь взять себя в руки."

"«Княгиня?! Что происходит?» — засияло над ней.

Выйдя из скалы, я обернулась к заинтересованно наблюдающему за нами Даркану, и мило улыбаясь, уточнила:

— Наедине.

«Оригинально», — засияло над князем.

Однако скала содрогнулась и закрылась.

«Что происходит?» — определенно занервничала Грэя.

Внешне же она была невозмутимее скалы, которая только что закрылась стальной стеной.

— Грэя, — я подошла и схватила ее за руку, с прискорбием обнаружив, что кулаки она сжимала с такой силой, что когти кожу пробили и теперь на ладони проступила кровь. Сдержав ругательство, попросила: — Грэя, посмотри на меня.

Вообще заколебалась уже сегодня просить. С утра просить приходится, надоело уже.

Но горничная подчинилась и взглянула мне в глаза. Она была выше, и сильнее, а еще оказалась преданная, как не знаю что… Преданной настолько, насколько нельзя. И вот эта вампирша мне вещала о том, что я должна безмолвно принимать князя и быть покорной ему.

— Не смей, — прошипела я, — никогда не смей даже думать о том, чтобы напасть на князя.

Вампирша вздрогнула, вгляделась в меня и выдала неимоверное:

— Княгиня, как вы узнали?

А, черт, мне бы хотелось услышать что-либо типа «Да я? Да ни в жись! Князь ваша судьба, любите всем сердцем, он ваша судьба!». Но нет, судьба определенно решила поглумиться надо мной самым поганым способом.

— Дай слово! — потребовала я.

На миг закрыв глаза, вампирша распахнула их лишь когда они стали совершенно алыми. Абсолютно красные глаза с темным ободком радужки. Выглядело все это жуть как.

— Княгиня, — очень сдержанно произнесла Грэя, — князь может читать вас, но он не способен считать мои мысли. Но у вас это получилось. Каким образом?

— Пшшшпшшп… — грустно вздохнула я.

— Спину ломит? – переспросила Грэя. — Такое часто бывает при беременности. Полагаю, вам нужен отдых, а не поездка в город.

И тут я поняла, что она поняла язык не просто другого мира, а целого Океана Гибели или как там его, а она поняла, что я все поняла.

И мы в общем стали такие понимающие. Стоим, такие, все понимаем…

«Как?» — просиял над ней иероглиф.

— Понятия не имею, — с Грэей я могла быть совершенно честной. А потому ко всему нами понятому, так же добавила:- И я не беременна.

Глаза Грэи стали больше раза в два.