Князь Тьмы и я

Рот можешь закрыть.

Я закрыла.

Потом, исследовала свои новые зубы языком, умотала в ванную, и вот там, перед зеркалом, впечатлилась своими вампирскими клыками!

– Кривовато немного, – сообщил Навьен, завинчивая крышку на баночке с клеем, – но пока лучше хоть что-то, чем ничего.

Я перевела потрясенный взгляд с зеркала на него. Тысячник ответил спокойным взглядом, и пояснил смысл своих действий:

– Это отсрочка, Каиль. Это все, что я могу сделать для тебя.

На глаза навернулись слезы.

– Прекрати, – жестко приказал Навьен.

– К чему? – слезы я быстро вытерла.

– К осмотру, – усмехнулся он.

Я вспомнила все сказанное о докторе. Нервно закусила губу… поранилась. По губам потекла кровь.

– Черт, – тихо выругался Навьен, – ты слышала приказ князя.

Я кивнула, чувствуя, что меня начинает трясти.

– Прости, – глядя мне в глаза, произнес вампир, – но он сдохнет.

– За что? – прошептала я.

Несколько мгновений вампир молча смотрел на меня, затем очень тихо сказал:

– Потому что у меня нет выбора.

Он развернулся, вышел из ванной и подошел к двери в мою комнату, впуская… труп. Просто труп.

Доктором был вампир преклонного возраста – лет восемьдесят на вид. Сухой, подвижный старичок, вызывающий доверие с первых секунд, ведущий себя как врач прошлого века, в том смысле, что начал с:

– Где наша хорошая девочка? А, вот вы где! Как самочувствие, княгиня? Ну-ну, моя хорошая, не нужно плакать, идите-ка сюда, садитесь, вот так. Сейчас будет один маленький укольчик и все.

Я не смотрела на доктора, я смотрела на Навьена.

На Навьена, который старался на меня не глядеть вовсе.

За врачом он следил, очень пристально и профессионально, отслеживая каждое его движение, каждое действие, а я не могла успокоиться и по моим щекам текли и текли горькие слезы.

– Ну-ну, моя хорошая, не стоит отчаиваться, это только первый этап. Ну-ка откройте ротик? Воот, уже и зубки появились, замечательно. Не стандартно немного, конечно, но замечательно. Сейчас будет немного больно, потерпи, моя хорошая.

Да. Сейчас будет. Больно. К сожалению не мне.

– Во-о-от так, придержите ватку, замечательно. Так, что там у нас в крови, сейчас посмотрим.

И взятую у меня из вены жидкость, ловко разлили по баночкам с реактивами.

В держателе было тринадцать колбочек. Четыре из них не дали никакой реакции, пятая окрасилась в синий цвет, тринадцатая вдруг начала менять окрас с ярко-алой, на черную.

И это потрясло доктора.

– Что за?..