Онлайн-библиотека книг
– Но ты не робей, учи! Я умею учиться у всех. Потому и стал князем… а не был поставлен.
Борис заговорил быстрее, подбодренный вниманием:
– Они сделали для людства не меньше, чем все полководцы и воители, вместе взятые. Не вскидывайся, княже! Это обидно, но это так. Погибнуть за веру – совсем не то, что за свои стада, богатство или при грабеже чужих земель. Ведь так просто было спасти жизни! Снять крест с шеи и бросить под ноги!
– И они… не бросили?
Борис пристально и бесстрашно взглянул князю в грозные глаза:
– Они показали нам, как и всему миру, что над самой большой силой… силой рук и мечей… есть сила выше! Богун был слабый человек: кричал и плакал под пытками, а уж палачи старались вовсю, семь потов пролили, но все равно Богун крест не бросил!
Владимир спросил подозрительно:
– Такая мощь в том христианстве?
Борис покосился на суровое лицо, в глазах князя загорались огоньки гнева.
– Не в нем дело, – сказал он осторожно.
Владимир бросил хмуро:
– Ну-ну, продолжай."
"– А раз они выше, – сказал Борис тяжело, словно тащил в гору камень, – то этим людям и надо бы подражать! Надо жить так, чтобы все люди на свете стали такими же.
– А вера Мухаммада?
Борис скривился:
– Как христиане признают, что их вера – лишь росток от могучего древа веры Моисея, так и Мухаммад говорит, что его вера вытекает из учения Христа. Христианство развивалось, росло, крепло. Через шестьсот лет это крепкое древо дало новый росток – ислам. В нем сохранено почти все, что было в старых, но добавлено новое, что накопилось за шестьсот лет.
– Их так много? – ужаснулся Владимир. Он с уважением посмотрел на Бориса.
