Князь Владимир

Я тебе дам лист, где этот город изображен со всеми подробностями. Сразу видно, куда сколько народу послать, когда ворвемся через ворота… А лазутчики узнают, как херсониты собираются защищать город, могут кого подстрелить или пырнуть ножиком."

"– А водопровод? Город питается водой из цистерн, что где-то далеко за городом глубоко под землей!

Тавр с неудовольствием пожал плечами:

– Этого сами херсониты не знают. Те цистерны строили еще эллины, ныне исчезнувшие. Где-то высоко в горах, за городом. Вода туда собирается из речек и ручьев, даже дождевая, очищается через песок и по-особому уложенный гравий, течет по глубоко зарытым трубам в город.

Владимир нахмурился:

– Если не лишить город воды, то погубим половину войска! Да и херсонитов перебьем в боях… Я не хочу таких побед.

Глава 41

Во второй половине дня Стойгнев бросил войска на стены Херсонеса. Белые камни и такой же пронзительно белый песок обагрились кровью. Воздух наполнился боевыми кличами, криками боли и стонами.

Воины с лестницами в руках и веревками на поясах ринулись на приступ.

С разбегу быстро и умело взбегали по ступенькам, как много раз упражнялись на потешном граде у Днепра, за ними бежали другие, с оголенными мечами в руках и ножами в зубах, но глазомер подвел: стены оказались чересчур высоки, лестницы не доставали до верха. А сверху точно и страшно били стрелы, сыпали песок в глаза, лили горящую смолу, бросали острые глыбы, бревна, даже трупы павших защитников. Впрочем, потери несли русичи, на стенах убитых было мало.

Владимир с приближенными боярами оставался на корабле у причала.

К яростному натиску он вскоре потерял интерес, смотрел не на кровавый бой, а на желтый лист пергамента. Тавр его расстелил на столе, смахнув на пол посуду.

– Дурак, – сказал Тавр, не выдержав. – Сколько горячих голов кладет зазря!

Владимир ответил отстраненно:

– Его не вразумить. Такие опасны! Так пусть же красиво гибнут, им славу споют. А дело сделаем мы. Без крика. И малой кровью… Пошлешь народ вот сюда. Пусть копают ров на глубину в копье… нет, в два копья.

Ежели за пару недель воды в городе убывать не станет, добавишь людей. Я лучше половину войска поставлю бесславно землю рыть, аки кроты слепые, чем по возвращении скажу их женам, что они под моим знаменем славно головы сложили.

Тавр оглянулся на яростные крики:

– А что там?

– Ты помнишь, как мы воевали с такими союзниками, как варяги?

– Помню, – усмехнулся Тавр. – Посылали во все ловушки. Мало их осталось, мало и хлопот с ними было.