— Я не прислушивался?!! Да я буквально умолял их всех дать хоть какой-то совет!!! И ничего кроме: «Как вы прикажете, товарищ майор» не добился! И это спецподразделение? Что это за спецподразделение, в котором солдаты не могут даже в кусты сходить без приказа командира?! — Тут я наткнулся на благодушный взгляд Виталия Дмитриевича и скис. Ну конечно, как сразу не понял, что и это очередной тест.
— Ну а что ты хочешь? — патетически возвестил он. Даже руку в экспрессии поднял. — Сам подумай! Боевой майор, командир подразделения, которое выполняло секретные задания за рубежом, участник двух войн в Чечне.
У него ордена всю грудь закрывают. И вот, во главе отряда поставили какого-то сопляка за непонятно какие заслуги! Как бы ты к этому отнёсся?
Я искоса глянул на Линькова. Тот сохранял каменное выражение лица, но его губы слегка подрагивали, выдавая истинное состояние. Похоже, он с трудом сдерживал хохот и уж точно обиженным не выглядел.
— Ну да, конечно. Обиделись они, — пробурчал я. — Я для них Олег Попов, Петросян и Задорнов в одном флаконе.
Смотрели и смеялись. Как там… «ну тупой он».
Майор уже сдерживаться не смог и рассмеялся.
— Рад, что ты сохраняешь оптимизм, — покивал директор. — Однако мы убедились, что командовать тебе пока рано.
— А я никогда и не утверждал обратного, — буркнул я.
— Рад, что ты трезво оцениваешь свои способности. Ты должен научиться отдавать команды коротко и настолько ясно, чтобы даже идиот не смог бы их понять неправильно, даже если бы захотел.
Тем не менее, с этим надо что-то делать. Научиться командовать людьми можно только наблюдая за настоящим командиром. И я рад, что майор Линьков согласился взять тебя в свою команду. Отныне ты назначаешься его заместителем. Обязанности он тебе объяснит сам, однако, зная майора, могу сказать, что спокойных деньков у тебя не будет. А сейчас отправляйся в душ и переодевайся.
В чём директор не ошибся, так это в том, что спокойных дней у меня действительно не стало. Зато именно теперь и начались настоящие занятия.
И если раньше я готов был Леонида Львовича растерзать, то сейчас уже начал его уважать. Он умел объяснить сложную ситуацию простыми словами, умел интересно рассказывать, всегда отвечал на все мои вопросы и часто делился опытом, почерпнутым из командировок. Причём, как я подозревал, многое из этих рассказов до сих пор проходило под грифом «совершенно секретно».
— Это вам генерал велел ничего не скрывать от меня? — поинтересовался я однажды.
