Наполеон вёл лучшую армию Европы, выиграл до Москвы почти все сражения, но Кутузов перехватил коммуникации и очень скоро эта лучшая армия превратилась в сброд. Потому войны ведут полководцы, а выигрывают их снабженцы. Вот и изучай эту истину на собственном опыте. Пригодится.
Я и изучал. Задумавшись над словами майора, я потряс преподавателя военной истории, и мы с ним занялись изучением того, как эту проблему решали в древности. Хорошо иметь транспортную авиацию, тысячи километров железных дорог, десятки тысяч шоссейных.
А как быть, если из всех возможных средств снабжения — телега и раскисшая дорога, которая весной и осенью превращается в месиво? Похоже, из всех в истории серьёзно проблемой снабжения озадачивались только римляне, для чего и строили свои дороги, которые верой и правой служили в любое время года, обеспечивая легионы всем необходимым в любой точке империи. Ну, естественно, ещё водный транспорт.
Потом майор решил заняться индивидуальной подготовкой… своей.
Заключалась она в том, что ему давалась фора в четыре часа, а потом весь отряд под моим командованием выходил в погоню. Опыт я уже имел и потому в болото больше никого не загонял, да и остальные бойцы помогали мне по мере сил. Однажды Линьков подошёл ко мне:
— Ну что, суть игры уяснил?
— Уяснил, — согласился я, потирая бок, по которому меня хлестнула ветка ловушки, подготовленной майором. Привяжи он к ней колья и всё могло бы закончиться не только ушибом.
— В таком случае теперь твоя очередь убегать.
Фору тебе дадим побольше — пять часов."
"Меня поймали через три часа после истечения времени форы. А я то думал, что хорошо спрятался… считал себя уже подготовленным в плане выживания. Оказалось, что просто выжить в лесу и выжить, когда за тобой ведут охоту профессионалы, совершенно разные вещи. Линьков при разборе занятия был безжалостен и язвителен. По его словам, единственное, что я могу — играть в песочнице. А в конце совет:
— Ты допускаешь одну ошибку дилетанта.
Пойми, твоя задача не уничтожить всех преследователей, а уйти от погони. Твои ловушки рассчитаны, чтобы убить, но смерть товарищей может заставить удвоить усилия по твоей поимке, и ты добьёшься обратного желаемому. Раненный же отвлечёт как минимум двоих от погони — самого раненого и того, кто должен будет помочь ему выбраться. К тому же, раны могут быть опасны… многие спокойно смотрят в лицо смерти, но испугаются стать инвалидами.
