Вон уже другой берег обживают вовсю, потому что на этом стало тесно. В прошлой жизни, помнил Сергей, город уверенно захватил оба берега, а через Волхов выстроили мост. Крепкий такой. На нем нередко устраивали разборки между правобережьем и левобережьем. С него когда-то упал в воду идол Перуна, «вырвавшись» из христианских рук и попутно до смерти придавив пару человек.
Здесь пока что торжеством христианства не пахло. Перуна, впрочем, тоже особо не почитали. У здешних словен — свои боги. Ну да не принципиально.
Важнее то, что крепкая позиция здесь, в Новом городе, — отличный плацдарм для развития. В структуру того Новгорода Сергей полноценно влезть так и не сумел. А в этом у него уже своя территория и «свой» тысяцкий конца. Общего, городского, здесь пока не выбирают. Вместо него княжий наместник с ограниченными правами и вече.
Правда, и недоброжелатели у Сергея здесь тоже имеются. Но — решаемо. Радикально.
— И много вас? — спросил он.
— Родня моя вся, — признался Вощаник. — Но я — старший сын! — тут же уточнил он, чтобы не уронить значимости.
Значит, пока что род, не братство. Ну так даже проще.
— Советуйся, — разрешил Сергей. — Но не тяни. Днями мы уходим.
Глава 13. Преданность по-новгородски
Вышли они из Новгорода только через четыре дня. Задержались, потому что, узнав о предложении, сделанном Вощанику, Сергея навестили еще пятеро купцов. Это ж какое искушение: не платить за охрану, да еще и игнорировать вымогателей — мелких владык."
"Сергей в свою очередь сделал жест доброй воли: предложил Радиле присоединиться к каравану.
Бесплатно. Так сказать, проявил дружелюбие. Заранее зная, что Радила откажется, потому что, по имеющимся у Сергея сведениям, свой санный поезд на юг боярин уже отправил, а новый ему за пару дней не собрать. О последнем сообщил Сергею Поджар. Очень полезный оказался деятель. Всех знал, ко всем имел подход. Вот только с Сергеем опростоволосился. А почему? Потому что обратился к неправильному источнику, Грудяте. А тот уж постарался представить Вартислава Дерзкого так, чтобы не отпугнуть.
В общем, и на старуху бывает…
Биография у Поджара была интересная. Мамка у него была из рода здешних огнищан, а папка… холоп. Причем латгал. Правда, холоп не простой, а боевой. Военнопленный, купленный этим самым огнищанином. И сбежавший при первой возможности, успев перед этим обрюхатить Поджарову мамашу.
В общем, детство у Поджара было трудным. В пять лет его продали. С глаз долой.
