Княжий человек

Над головой колдуна клубилось кудлатое облако, от него вниз или наоборот тянулись тонкие серебряные нити. Старик открыл рот, видно, собирался что-то сказать."

"В один прыжок Данила оказался рядом с ним. Влепил с ходу мощнейший прямой удар кулаком, или просто цки, по ненавистной харе. Ведуна вынесло из избы, только мелькнули серые тряпки и исчезли где-то в кустах, в темноте. Вместо него возник амбал шириной как раз с дверной проём, правда, правая рука у него была скована непонятной конструкцией из палок, так что пользоваться он ей явно не мог.

Бить стариков и инвалидов, конечно, нехорошо. Но коль уж они сами напросились, то огребайте полной ложкой. Точнее, факелом, прямо в рожу. Амбал прикрылся и сразу получил голенью по яйцам. Да так, что почти без звука осел. Данила успел его пинком сбить с порога, выпрыгнул на свободу, вдохнул долгожданный свежий воздух. И тут будто питание отключили. Мышцы расслабились, колени подогнулись. Лес, что казался вот сейчас светлым и ясным, стал тёмным и угрюмым. Только факел трещит над ухом и искры сыплются.

Данила с минуту переводил дыхание, и опять его будто в солнечное сплетение ткнули. Волчий вой, да не один, а целый хор голосов, из крика переходившие в рёв и крик. И сразу за ними – треск, глухие удары. Бой!

На этот раз у Молодцова открылось второе дыхание, словно включился аварийный источник питания. Он побежал на шум, хотя теперь источником света у него был лишь факел.

* * *Воислав услышал волчий вой и сразу понял, в отличие от Молодцова, кому он принадлежал.

С одной стороны, ему полегчало, потому что там, в лесу, волком выл не варяг, обученный оружному бою. А с другой – враг в лесу ждал их страшный, а с ним ещё трое татей, не считая ведуна. Но с одним оборотнем обережники точно справятся. Даст бог, не ульфхеднар это или берсерк, может даже, обычный смерд, опоённый ведуном. С одним они справятся.

Как ни был насторожен Воислав, враг всё равно атаковал неожиданно. Чёрный бесформенный силуэт вылетел на тропинку, по которой бежали воины.

Сразу две ручищи с согнутыми пальцами-крючьями метнулись к Воиславу и Глызмарю. Варяг обратным махом отбил удар и ушёл с линии атаки. Именно отбил, потому что его меч будто ударил по дереву, а дальше конечность, словно по своей воле, стала уходить от рубящего клинка по немыслимой круговой траектории.

Проводник попытался защититься, но его всё равно схватили за лицо. Раздался хруст – мерзкий, чавкающий. Длань, как язык жабы, резко дёрнулась назад, сжимая куски плоти.