Честно говоря, никого он перед стеной не увидел, только рассвет брезжил на востоке.
– Даниил?! – призыв Скорохвата.
– А, я тут!
– Цел?
– Все нормально, Будим как?
– Живой, не ранен.
Фух, ну отлично, как же там остальные?
– Не спать, ждать новой атаки! – не переставал командовать Воислав. – Стоим в одну смену до рассвета.
Дельно, нечего сказать, но какие хитрые оказались эти степняки, а что на них напали копченые, Данила даже не сомневался. По слову Скорохвата обережники собрались рядом, обсудить, что и как тут.
Ран ни у кого не было, только Будим истратил все свои сулицы, а у Данилы срезали край щита.
– Ну, надеюсь, Креслав перехватит этих хитрецов, – уверенно заявил Данила.
– Ты думаешь, что он может их поймать? – спросил Скорохват.
– А что, разве нет?
– А то, что Креслава копченые сами могли заполевать. Такое тебе как? – прояснил ситуацию Будим.
– Я об этом не подумал.
Данила в самом деле об этом даже не помышлял, он думал, ну выманили копченые часть гарнизона, попробовали захватить, не вышло, а тут… Получается, они с парой десятков воинов одни обороняют крепость, в тысячах километрах от Киева, и на помощь в пределах разумного времени надеяться нет смысла?
Нельзя сказать, что слова друзей развеселили Данилу, но и в уныние он не впал, наоборот, мобилизовался даже как-то.
Когда солнце полностью взошло и, по идее, надо было уже менять уставших воинов на стенах, дозорный со смотровой башенки крикнул:
– Вижу всадников, много!
Ну, теперь сон может подождать.
Весь гарнизон с тревогой смотрел на приближающуюся колонну всадников, где-то километрах в десяти. Вот от нее отделился пяток всадников и гораздо быстрее поскакал к крепости, и когда им оставалось проехать несколько перестрелов, самые зоркие воины, в их числе Айлад, крикнули:
– Вижу знамено князя Киевского.
Полотнище с тем самым трезубцем. Очень скоро Данила и сам разглядел приближающихся всадников, и от сердца у него отлегло. Впереди вестниками скакали воины, с которыми он хорошо познакомился, пока жил в крепости.
Креслав въезжал в ворота во главе колонны всадников. Воислав ждал его пешим. Первое, что сделал посадник Олешья, это соскочил с коня, рванул мозолистой дланью золотую гривну у себя на шее и вручил ее Воиславу.
– Прими, она твоя по праву.
– Благодарю, цена ей высока, но еще ценнее твоя благодарность, – без всяких экивоков ответил варяг.
Дальше посадник сделал то, чего от него Данила никак не ожидал.
