Рядиться – это торговаться, похоже, намечаются деловые переговоры, а это статусное мероприятие, в котором обережники будут играть роль силовой и моральной поддержки. Ведь как здесь считается: если у тебя охрана не лохи, в хорошей броне и при дорогом оружии, значит, и ты парень непростой, к тебе стоит прислушаться. Скорохват только подтвердил эти мысли:
– И оденься покрасивее!
Покрасивее – это значит напялить на себя почти весь набор драгоценностей, что у тебя имеется.
– Как скажешь! – потягиваясь и одновременно разминаясь, ответил Данила.
Улада и здесь не осталась в стороне, подала ему поддоспешную куртку и помогала облачаться, тоже не абы как, с пониманием, какие шнурки куда продеваются.
Закончив с броней, Данила навесил себе на руки пару браслетов и кольца на пальцы, которые у него накопились за время его приключений. Или Улада их заработала, трудясь в поте лица на подворье купцов. Ну и в завершение Молодцов надел на шею серебряную гривну, круг из переплетенной драгоценной проволоки.
– Подожди, – попросила Улада, убежала к сундуку, достала из его недр платок ярко-красного цвета и повязала его Даниле повыше гривны.
По ощущениям, из дорогой ткани, может, даже шелк, одна из разновидностей, которые Молодцов, к своему позору, так и не научился различать.
– Спасибо.
– Так лучше. Иди и будь осторожен. – Улада чмокнула напоследок Данилу в щеку.
– Ну что, какой распорядок? Действительно заруба какая-то может случиться? – спросил Данила у Скорохвата уже во дворе, обережная ватага еще подтягивалась, не у всех есть очаровательная невеста, которая поможет облачиться.
– Вряд ли. Здесь всех закон князя охраняет.
– А броня тогда зачем?
– Всякое бывает, сам не знаешь, что ли? Так что это, держи ухо востро и в случае чего помни, за тобой сотня стоит, они заплатят виру за кровь, но лучше без этого обойтись.
– Понятно, а что делать-то я должен?
– Стоять, грозно смотреть, не пить и не есть, даже если предложат. Это батька наш приказал, он этот обычай от ромеев привез, ну и у нас в сотне так повелось.
А дальше, если прикажут бить, бей, или кто на купцов рыпнется, тоже руби. Другое дело, если видишь человек пьяный и не опасный, долбани плашмя мечом. Не маленький, понимаешь.
– Еще как, это все?
– И еще смотри, чтобы наши чего не набедокурили; не забыл, мы за них перед батькой отвечаем.
– Помню, все сделаем как надо. Воислав еще нас похвалит."
"– Тогда добро, все, что ли, собрались? Давайте к воротам, поровну людей пойдет впереди и сзади.
