– Ему нечего бояться, копченые стараниями гридней сюда не доходят.
– Они придут? – спросил Данила, имея в виду не печенегов.
– Должны, до того как озимые соберут и ладьи вниз по Днепру пойдут, должны попробовать. А уж после я сам разберусь. Мог бы предложить, кому хочет, уйти, но обижать никого не хочу.
– Мы с тобой, батька, – твердо сказал Данила.
Воислав улыбнулся:
– Знаю.
Он положил ладонь на один из столбов частокола:
– Не в стене сила крепости, а в ее воинах.
– А силы много с собой тот боярин приведет? – поинтересовался Данила, раз уж батька сам начал такой разговор.
– В корень зришь, – одобрительно заметил Воислав. – Немного, должны управиться, с ним больше не будет викингов.
– Викингов?
– Да. Когда Владимир только вокняжился, он одних своих северных разбойников кесарю справил, а другим, самым верным, земли раздал. А те, которые ни к тем, ни к тем не попали, по земле стали татями ходить. Вот одни из таких к Деяну и прибились.
– И что с ними стало?
– Кончились, как только брата моего повстречали.
– Воислав понурил голову. – Но это дело прошлое. Сейчас нужно подождать этого боярина.
– И как же мы это сделаем? – спросил Данила, он все-таки как-никак еще ученик Воислава.
Батька одобрительно на него посмотрел.
– Я бы на его месте напал, пока мы еще не укрепились нормально. Совсем хорошо будет ударить, когда мы пировать будем, праздновать победу. Пробраться за частокол, завалить двери и поджечь дом, принимать всех, кто вырвется. Первое дело в этом открыть ворота без шума.
Поэтому, Даниил, мы сделаем вот что…
* * *Деян шагал по снегу в толстых мягких унтах, зато на теле у него позвякивала дедова посеребренная кольчуга, подпоясанная тонким поясом, а к нему был пристегнут золоченый шлем, тоже добытый дедом в походе на хазар, с очками и нащечниками, он один стоил почти столько же, сколько доспехи его людей, вместе взятые. Только броня племянника могла с ним поспорить. Тут уж тоже боярин не поскупился, одел Гавроша, когда тот уходил на княжью службу, как надо: кожаная куртка с нашитыми на груди и спине железными пластинами, шлем клепаный с наносником, тоже крепкий, и секира, с которой его племянник управлялся чуть не лучше всех в дружине.
Вдвоем они стояли, укрывшись за сосной, и смотрели на свой дом, в одночасье ставший для них чужим.
Ведьма, стерва такая, оказалась права; как только Бурислав, новый главный сварг капища (прошлый ушел к пращурам сразу после Праздника), узнал имена варягов, так сразу взбеленился.
