- Не понял? – нахмурился Воят, - это князь решил, что ты не нужна? Он же за тебя глотку готов был любому вырвать. Как это – не нужна? Быть такого не может!
- А вот и может! Сам мне это сказал, в глаза глядя. Как вспомню… - она зябко передернула плечами и отвернулась к окну. Никуда боль обиды не делась. Гложет изнутри, заставляя сердце обливаться кровью. Воят, глядя на нее, едва не взвыл. Боль ее острее собственной чувствовалась. А значит помочь ей надобно, пусть и ценой собственного разбитого сердца. Крепко помнил слова ее, что только от любви взаимной она жить будет.
А значит – не бывать его надеждам, что вспыхнули от только что сказанного.
- Сейчас-то князь что говорит?
- Ничего, - она глядела в окно не поворачиваясь, - не говорила я с ним более. И так все понятно. Единожды предавший…
- Тами, - он все решился и взял ее руку в свои ладони, - мы все – люди. И все совершаем ошибки. Нас можно обмануть, ввести в заблуждение, запугать – все что угодно. Главное – уметь признавать свои ошибки.
- Вот в этом-то и загвоздка, Воят! – она резко повернулась и полыхнула на него глазами.
- Он в своих, как ты говоришь «ошибках», не признался. Не по чину ему.
- А ты дала ему шанс? – мужчина хитро посмотрел на нее. Ох, и упрямцы оба! Словно по одному лекалу деланные.
- Ну знаешь ли! Еще выгораживать его начни, - вспыхнула валорка.
- Ты же знаешь, что я – последний, кто будет князя выгораживать. Давай так: хочешь проверить насколько ты ему безразлична?
- Это как? Что нужно делать?
- Нам – ничего. Сидим здесь и наслаждаемся едой.
- Не понимаю, - нахмурилась Тамирис.
- Ты – ешь. И нет-нет в окно поглядывай.
Глава 48.
- Что значит – пропала?! У меня хоромы или сарай дырявый? – взревел Велеслав, князь Миргородский, на весь рабочий кабинет. Страх потери любимой резанул изнутри, будто удар клинка.
- Я ее во дворе оставил, - насупился Джанибек, - она немного расстроилась и сказала, что хочет воздухом подышать.
- А стражу ты предупредить не мог?
- Моя сестра что – пленница в твоем дворце? – вспыхнул валорец.
- Скажи лучше – отчего она расстроена была?
- Не знаю, - пожал Джанибек плечами, - я просто сказал ей правду: что она должна будет выйти замуж. За тебя, между прочим! Иначе отец казнит нас обоих, ее и меня. Так что – скажи спасибо.
- Чего?!
- Так правда это, про казнь. По нашим правилам не должна ушедшая из дома невеста вернуться незамужней. Тем более – дочь кагана.
- Да как ты мог? После того, что я тогда наплел в сердцах, слова твои – ей нож в спину.
