Удивленно косились воины на девок, но деваться некуда – али гордо стой и молчи, али изволь вот с таким толмачом разговаривать. Ежели сам не удосужился язык выучить.
Жеребьевку того, кто супротив кого сражаться будет, прямо перед состязанием провели, распределились безо всякого обмана. Оружие на выбор было – меч да копье. Кольчугу али кожаный нагрудник тоже каждый себе выбирал, как больше нравится. Более защита нужна или подвижность.
Под веселое улюлюканье зрителей вышла первая пара площадку. Во всю глазели на соперников, но более на валорца – и меч у него чудной, изогнутый, и шлем на голове с сильно вытянутой вершиной.
И чернявый эвон какой – будто на солнце не разгибаясь, весь год жарился. Многих своих дружинников зрители по именам знали, особливо те, кто ежегодно пробирался на состязания глазеть. А уж ежели неженатый воин, так ему и вовсе проходу не было от девичьих воздыханий. И не только. Ежели девка побойчее попадется.
Вот и сейчас Добрыня – сотник молодой дружины вышел на бой первым.
Понимая, что и супротив него выставят самого сильного. Чтоб с самого начала первой победой боевой дух порушить.
Хорош собой Добрыня-сотник, и знает, стервец, о том. Крупные кудри ярким золотом отливают, будто солнечные лучи в них запутались. Вышел на арену, под рев толпы поднял приветственно руку. С легкой, но такой ослепительной ухмылкой, оглядел скамьи со зрителями. То тут, то там завздыхали. Девки на зрительских лавках румянцем покрылись – кто мечтательным, а кто и стыдливым, помня, как жарко обнимают его сильные руки.
Да крепко целуют красивые губы. А в глазах голубых грустинка таится, от которой еще заполошнее бьется сердечко девичье. Да не развеять руками грусть эту сердечную, хоть каждая себя надеждой тешит.
Лениво повел Добрыня богатырскими плечами, будто разминаясь. Заиграли мышцы под рубахой, поверх которой легкий кожаный нагрудник. Кому ж не по нраву, когда столько глаз с восхищением смотрят! Вот и сейчас толпа радостно зашумела, приветствуя любимца.
- Позёр, - притворно-строго пробормотала Яра.
- Пусть покрасуется – дело молодое. Сами такими были, - ухмыльнулся Драгомир, поправляя теплую накидку на жене. Уже намного спокойнее волхв воспринимал молодого дружинника, вместо былого раздражения осталась легкая снисходительность. А как еще к неудачливому сопернику относиться? Рука сама накрыла ладонь Леры, оглаживая обручальное кольцо. Столь похожее на то, что блестело на собственном пальце.
