- Войди, - крикнула она служанке и прикрыла глаза, - поставь еду на стол и можешь идти.
- А я предпочту остаться, - низкий тягучий голос заставил резко распахнуть глаза.
Глава 16.
Глухо захлопнулась входная дверь. Мужчина с подносом в руках неторопливо сделал несколько шагов и поставил еду на стол. Темные волосы Велеслава были слегка влажными, словно мылся впопыхах. Увидев девушку, хищно дрогнули крылья ровного носа, в колдовских сине-зеленых глазах заплясало жадное пламя. Обнаженная, полускрытая мыльной водой, оттого еще более манящая.
И прямо тут, в его руках!
Екнуло у девушки сердце. Но тут же на смену пришел гнев. Да как он смеет! И мгновенно поняла, что не пронять наглеца простыми уговорами. Подумает, что кокетничает она с ним, стыдливость изображает.
- Выйди, - равнодушно бросила Тамирис и прикрыла глаза. Ни к чему лишний шум. Она не кухарка какая-то, чтобы визжать от визита постороннего мужчины. Еще не хватало, чтобы народ набежал поглазеть.
- Нет, птичка моя. Сегодня я останусь здесь, - мужчина присел на табурет возле лохани, пытаясь высмотреть очертания женского тела под легкой пеной из мыльного корня.
Хорошо, что стопку полотенец на колени положил, уж больно откровенно топорщились штаны. Желание жарко бухало в висках – вот же она, мечта его! Обнаженная в воде лежит, только руку протяни. А что слова резкие – так завсегда бывает. На словах отказ, а тело льнет, требуя ласки.
- Поему «птичка»? – Тамирис нехотя распахнула глаза. Лицо выражало вежливый интерес, будто она сейчас не в двусмысленной она ситуации, а на приеме в кругу гостей.
- Слыхал давеча, как ты имя свое объясняла. Птичка райская – подходит тебе. Краса неземная, будто и вправду из Ирия[1]. Мочи нет устоять, - посмотрел на губы ее пунцовые. Сейчас сомнет их в жарком поцелуе. Потрепыхается и ответит валорка на ласку. Уж он-то знает как женское тело заставить дрожать от удовольствия.
- Ты еще и подслушивал. Как не хорошо, - поморщилась девушка.
- А сейчас хорошо будет.
Иди ко мне, милая, - мужчина поднял руки и стянул рубаху через голову. С самодовольной улыбкой позволяя девушке любоваться собственными телом. Знал, что хорош и уверенно пользовался. Вот-вот женские руки потянутся, чтобы огладить крепкие плечи и широкую грудь, заскребут ноготками по коже. Все девки одинаковы…
Тамирис позволила себе внимательно осмотреть воина. Хороший экземпляр. Крепкий, мускулистый, красивый даже. Хоть и не принципиально.
