Утром Тамирис, собрав вещи, спустилась в общий зал. Ее спутник уже сидел за столом и основательно завтракал. Вскинул не нее спокойный взгляд и вернулся к еде. Холодный, отстраненный, полностью взявший себя в руки. Пусть несколько человек вывернули шеи, глядя девушке вслед, он и ухом не повел. Теперь точно знал, что сможет девчонка за себя постоять. Хотя внутри глухо заворочалось мужское недовольство. Никто не любит, когда глазеют на что-то, что он своим считает.
- Доброе утро, - поприветствовала его девушка, мазнув взглядом.
Отчего-то красивое лицо выглядело усталым, будто мужчина не спал целую ночь. Невдомек ей было, что пока она мирно посапывала, князь, вспомнив былое, пустился во все тяжкие. Ежели задаться целью – веселую компанию и безотказных девок даже в глухом лесу найдешь. А тут город портовый, для гостей любые удовольствия, успевай только кошельком трясти. В окончание вечера двоих сразу девок себе нашел, опытных и умелых. Самолюбие мужское сполна получило, как и тело. Да только душа все одно маялась.
Встрепенулась, едва стройная фигурка на лестнице показалась. Сам на себя за то разозлился. Напустил равнодушный вид, радуясь, что не слышит валорка, как пульс его в висках тарабанит.
- И тебе. Поешь, как следует. Более на нашем пути городов не будет. Глухие деревеньки да заимки охотничьи. И подумай еще – нужно ли что из припасов? Пока здесь – прикупить можем.
- Мне лишь немного еды нужно. Чтоб до конца дела хватило."
"- Если совсем припасы кончатся – поохотимся. На болотах много птицы, не улетели еще.
- Я не умею, - мотнула головой девушка.
- Умею я. Ешь быстрее, нам нужно ехать, - отрезал десятник.
Девушка поджала губы, но промолчала, признавая его правоту. Испытывая легкую досаду, что не видать ей теперь дружелюбия, что должно быть меж соратниками. Интересно, если со мной что случится – поможет или перешагнет, вспоминая все обиды, что причинила? «Вот и узнаешь», - усмехнулся внутренний голос. Да вот только была она уверена, что поможет. Не видела подлости в красивых глазах.
Пусть люди не замечают, но откладывает гниль в душе, отпечаток на тело. И в первую очередь на глаза. Как человек не старается этого скрыть – видно. Заставляет внутренне отпрянуть от самой приятной наружности, ибо чувствуется гнилость внутренняя, даже за самым красивым фасадом.
Несмотря на принятую ванну, тело Тамирис ныло после двухдневной скачки. Отвыкло от больших нагрузок. Вот только некогда ему давать отдых. Время поджимало, она это чувствовала.
