Как можно догадаться такая бумага была бы только в канцелярии императора и получить её можно было бы только заплатить определённую денюжку в казну. И император и его главный бухгалтер смотрели на меня вытаращив глаза. Посчитав, комит священных щедрот проникся ко мне искренним уважением. Поговорили одним словом очень хорошо. Неплохо перекусили, опрокинув пару серьёзных кувшинов превосходного вина. Когда мы расставались у меня щелкнул файл памяти — македонянин погибнет на охоте. И что-то мне подсказывало, что здесь не обошлось без участия его жёнушки и старшего бастарда.
Поэтому я предостерёг его от чрезмерного увлечения охотой, мол это очень вредно для здоровья. Василий внимательно посмотрел на меня. Я молчал, только слегка кивнул. Надеюсь он всё понял."
"Вернулся назад из своих воспоминаний. Вокруг продолжалась гулянка. Я уже объелся и выпил достаточно, поэтому завернувшись в шлащ уснул. Рядом со мной пристроились Вторуша с Этной и сын Бояна, не считая личной охраны.
Напали на нас на втором, если считать от устья Днепра пороге.
Орда была большая. Но мы были готовы. Тем более нас предупредили присягнувшие нам печенеги и хузары шедшие на конях в боевом охранении. Они рассыпались далеко от обоза. Орудия снятые с кораблей были складированы на ладьях и использовать их мы не могли. Но у нас были легкие полевые пушки калибром восемьдесят миллиметров на лафетах. Обоз стал сбиваться в кучу, прижимаясь к берегу Днепра. Обоз был большой, поэтому ещё с самого начала пути было определено, что в случае нападения обоз делится на десять частей, которые выстраиваются в круг или полукруг, оставляя за спиной воды реки.
Получив известия о приближающихся кочевниках, в высь метнулись три стрелы оставляющие дымный след. Организация обороны происходила деловито и без паники. Когда печенеги и огузы, а это были именно они пошли с ходу в атаку, всё было уже готово. Их встретили картечные залпы полевой артиллерии, залпы мушкетёров, ливень арбалетных болтов и стрел.
Началась свалка.
Перед началом побоища я в приказном порядке отправил Володимера и внука Бояна Георгия на одну из ладей, шедшей по середине Днепра. Кочевники таким образом не смогли бы до них добраться в любом случае. Хотя сын попытался возразить. Заявив, что он уже взрослый и настоящий воин, но взглянув мне в глаза заткнулся.
Бенджамир успел мне сообщить, что печенегов и огузов не меньше пяти тысяч сабель. Это была конкретная засада. Слишком много.
