— А что нурманы тут могут делать? Взять то, что плохо лежит.
— Интересно! Но нас больше.
— Когда это их останавливало. О, белый щит на мачту подняли. С миром идут. Что делать, Ярослав будем?
— А что делать? Если с миром, то пусть приходят.
Боян поморщился.
— Всё вроде так, но вот нурманам доверять нельзя. Сейчас вроде с миром, да только они так некоторые города берут. Заходят степенными гостями, а потом оборачиваются волками.
— Тогда гнать их на хрен.
— Тоже не хорошо. Слава о нас дурная пойдёт. А они ещё и смеяться будут, что стольный град вятичей двух дракаров испугался.
Мда, ситуация патовая. Но выход всегда есть. Я усмехнулся. Боян смотрел на меня заинтересованно. Мол, что делать будешь добрый молодец?
— Пусть проходят, но всё железо, кроме ножей пусть оставят в своих лоханках.
— Лоханки? Ты что Ярослав? Это боевые дракары. Быстрее их нет кораблей.
— Да мне наплевать.
Тем временем один дракар пришвартовался к пристани. Второй остался на рейде. С пришвартовавшегося спрыгнули на пристань пятеро.
— Здрав будь, Боян! — Крикнул бородатый крепыш.
— И тебе не хворать хёвдинг Гуннульф, сын Бьёрна Медвежья Лапа."
"Норман хорошо говорил по славянски. Кстати, я, когда попал сюда, сразу понял, о чём говорят аборигены. И сам как-то резко заговорил на их языке. Хотя нас и разделала бездна, более чем в 1000 лет. В чём был прикол, так и не понял. Может память предков проснулась? Или об этом позаботился тот, кто меня сюда запихнул? Голову долго забивать этим не стал, других проблем хватало.
А вот этот отморозок, довольно хорошо говорил на языке славян. Акцент был, скандинавский такой, но не сильный.
— Что ты здесь забыл Гуннульф?
Викинг усмехнулся.
— Как то ты не ласково встречаешь гостей, Боян.
— А нам сейчас не до ласки. Ты, наверное, уже знаешь, что Светлого князя всех вятичей подло убили поляне и хузары.
— Слышал. Мы к ромеям шли. Хотели наняться в Константинополе. Там охотно нас берут на службу.
— Странно! Если к ромеям шли, то как здесь оказались? Наша река к ромеям не ведёт, вам назад в Славутич нужно.
— Всё так, Боян. Но я узнал, что конунг Вячеслав погиб. Сыновья его ушли в Вальгаллу еще раньше. Осталась только дочь князя, Мстислава!
— И что?
— Такой юной деве, ты же знаешь, Боян, нужен мужчина, который сможет взять управление княжеством на себя.
— Согласен. И ты решил предложить себя ей в качестве мужа?
— А почему нет? У меня и хирд есть! И мой хирд не самый последний.
