Должна была быстрее встать ниже и поклониться, вместо этого чуть не в лицо ткнула Воронцову старшему свиток и прошипела, как змея:
— Вот! Ваш надуманный долг уплачен сегодня утром! Можете радоваться, мой любимый жених спас от позорной нищеты нашу несчастную семью!
— А кто спасёт несчастную, забитую Ксению? Ей уже никто не поможет! А ваши средства пойдут на помощь сироткам, на благое дело, хоть так замолите злодеяние, может, и прощение заслужите! — неожиданно спокойно ответил Дмитрий.
Вот это самообладание!
Я же опустила голову, приподняла плечи и спряталась в очень пышном лисьем воротнике от Черноводова. Он уставился на меня и бесцеремонно разглядывает, кажется, даже не слышит шпилек, какими обменялись Рада и князь.
Фирс сдавленно кашлянул, пытаясь вернуть ситуацию в нормальное русло, боярину приказывать он не смеет, но пора бы уже уступить дорогу самому князю.
Черноводов даже не шелохнулся, однако на его лице промелькнула какая-то эмоция, не самая дружелюбная. Но он смог взять себя в руки и приструнил Радмилу, только лишь слегка одёрнув за рукав.
— Ваше сиятельство, простите горячность Радмилы Савельевны, она считает виновником происшествия купца Свешникова и претерпела наказание не по заслугам, но вам виднее. Однако прошу простить и мою дерзость, не представите ли нас госпоже.
Впервые вижу и не могу припомнить, из какого рода она, кто скрывал такую неописуемую красоту от общества?
Пока говорил, спустился и Рада за ним, теперь мы на одном уровне, кажется, что магия Черноводова сейчас прощупывает меня, пытается проникнуть, но не может. Феня за спиной повис на косе, как мартышка, очень не хочется, чтобы его заметили. За такого помощника меня точно ведьмой объявят.
Дмитрий только хотел деликатно послать своей дорогой назойливого боярина. Как Рада вновь вмешалась.
— А это, кажется, очередная наша дальняя родственница. Какая-то их Лебедевых. Проклятый род, мы Ксению приютили и вот расплатились за доброту, скоро и эта умолять будет, чтобы мы взяли её под свою фамилию. Но нет, Катерина, как вас там, Матвеевна.
