Он о деле поговорит, а она свои женские штучки в ход пускает? И какие штучки, голос, взгляд, действительно необычайно красивая.
От Ксении на балу разило забитостью, она же как испуганный щенок готова была спрятаться под столом и дрожать, поскуливая.
А эта совершенно иная, вроде и положение её незавидное, и одета нищенкой, и сил нет. Но сколько уверенности в себе и достоинства…
Ещё раз взглянул и промелькнула мысль, что так ведут себя люди, какие пережили смерть, может, и правда в реке ледяной утонула, а очнулась и прежние страхи с неё, как шелуха с лука слетела? Подумал и улыбнулся, представив, что нечисть от неё сама в табакерку решила спрятаться.
Не успел князь продолжить допрос, Фирс вбежал и с испугом в голосе, что с ним крайне редко бывает, позвал посмотреть на что-то ужасное в подполе.
— Что тут у вас?
— Кто-то в доме чёрными делами промышлял. Вон сейчас Никола посветит лампадой. Туда смотрите, князь! — Фирс опустился на колени около огромного лаза в подполье, и показывает пальцем, куда смотреть, вниз уходят широкие ступени, лампада на верёвке медленно опускается и высвечивает ужасную картину.
Все присутствующие уже видели и затаили дыхание, ожидая реакцию Дмитрия Васильевича. Он же не проронил ни слова, когда световой круг выхватил из темени гроб со старым, ссохшимся трупом. Настолько ужасным, что смотрящие невольно выдохнули брезгливое: «Фу!».
Немного качнув лампаду, Никола показал, что вокруг много останков жертвенных животных, это не иначе, алтарь чернокнижника.
— Вот так находка. Значит, не ошибся я, чернокнижник у нас объявился. Вот и не живётся людям спокойно, надо гадость устроить. Дом заброшенный, слава о нём нехорошая давно была, но по мелочи, вот его и захватил неизвестный, что б ему. Нашёл же могилу, не поленился и раскопал.
— Да, Ваша светлость, холодно, вот вони и не чувствовалось. Кто-то постарался, и что же делать?
— Надо бы спуститься и проверить, вдруг следы обнаружатся, опознать бы надо и труп, и того, кто это сделал.
Ведь недавнее колдовство, мать Харитоновых в конце лета умерла. При ней бы этого никто не решился сделать. Видать дело свежее.
Дмитрий уже взял вторую лампаду, и собрался спуститься, кроме него на такой отчаянный шаг никто не решится, разве только Фирс, но он магией не обладает…
— Стойте, не спускайтесь! Все на выход, там опасно! — внезапный вопль из комнат застал мужчин врасплох, удалось деве испугать бывалых дружинников.
