Давайте поступим так: если цыганки ни к кому не пристают, а мирно сидят на земле – пускай сидят, а если начинают прохожих за рукав дергать, то тут будем меры принимать.
– Понятно, – недовольно пробурчал Десницкий.
Ответ начальника милиции его не устроил. Что означает «меры принимать»? Пожарными водометами улицу расчистить – это тоже «принять меры».
– Валерий Петрович, – начал раздражаться Малышев, – еще ничего не случилось, а ты уже скуксился. На парней посмотри: у одного губа насквозь пробита, у другого глаза только сегодня открылись – и ничего! Бодры и веселы.
Готовы к великим свершениям. Скажи своим милиционерам: за волосы цыганок таскать не надо, но и спуску им давать нельзя! Если они обоснуются с детьми около универмага, гоните их прочь, а если сядут возле «стекляшки» или «березки», то черт с ними, пусть мелочь клянчат. Творчески надо подходить к этому вопросу, не формально. Никто нам ответа на поставленные вопросы не даст, а спросить спросят.
Малышев ввинтил окурок в пепельницу.
– С меня спросят! – неожиданно жестко рубанул он. – Мне на ковре в райкоме стоять, если жалобы от граждан пойдут. Мне, а не тебе! Иди, работай. Составь дополнительный план действий, продумай нестандартные ситуации. Вспомни главную заповедь бюрократа: больше бумаги – чище совесть! Иди, иди, не смотри на меня. Я за тебя планы писать не стану.
Десницкий, бурча под нос «с меня тоже спросят», вышел из кабинета. Остались только мы, сотрудники уголовного розыска.
– Что у нас по Нахаловке? – спросил Малышев.
– Я собрал местных авторитетов, поговорил с ними, – ответил Васильев. – Дичок и прочая шушера заверили, что если люли на их территорию не вторгнутся, то они к ним не полезут.
– А если перепьются? – усомнился начальник РОВД.
– Если в Нахаловке массовая пьянка, то им на все наплевать. Пьяные бичи – люди неуправляемые. Николай Алексеевич, я буду держать ситуацию под контролем. Костя центр перекроет, Андрей Николаевич сверху посмотрит, что в таборе делается.
– Мне бинокль будет нужен, – сказал я.
– В следствии возьмешь, – распорядился Малышев.
Выполняя указание начальника РОВД, я пошел в следственный отдел.
– Гриша, – сказал я начальнику следствия, – у тебя по краже у морского офицера есть изъятое вещественное доказательство – бинокль. Дай его мне на день.
– Не могу, – начал противиться Першин.
– Гриша! – копируя Малышева, я без перехода перешел на повышенные интонации.
