– Спасибо за информацию, дружище! Ты нам очень помог! Вот еще что, ты Десницкому доложил про Меркушина?
– Нет, – заулыбался Серегин. – Он нас послал за табором наблюдать, а они в лесу встречались, вне зоны наблюдения.
Через полчаса после его ухода позвонили из поликлиники УВД и сообщили, что Меркушин в назначенный час не пришел на прием к терапевту.
– Где ваш сотрудник, как мы ему больничный продлевать будем? – угрожающе спрашивала врач. – Если в понедельник товарищ Меркушин не явится на прием, я выпишу его за нарушение режима.
– Выписывайте, – безразличным тоном ответил я.
Перед окончанием рабочего дня позвонила Наталья.
– Меркушина рядом нет? – голос у нее был встревоженный, нервный. – Андрей, нам надо срочно встретиться. Сквер у телефонной станции знаешь? В семь вечера буду ждать тебя там.
Положив трубку, я спросил у парней:
– Где у нас Меркушин, кто-нибудь может мне объяснить?
Опера пожали плечами: «Вроде болеет – ревматизм».
– Если он объявится в мое отсутствие, передайте ему открытым текстом: если к понедельнику со мной на связь не выйдет, пускай на себя пеняет.
Я его покрывать не собираюсь.
Наталья дожидалась меня на лавочке у входа в сквер. Увидев, как я перехожу дорогу, она встала, помахала рукой.
– Привет, что у тебя стряслось? – спросил я.
– Катастрофа. Давай пройдемся, я все объясню.
Она взяла меня под руку, и мы пошли по центральной аллее сквера.
– Андрюша, у меня такая проблема, что я могу довериться только тебе.
Я не хочу, чтобы о ней еще кто-то знал: ни Марина, ни Меркушин. Никто. Только ты и я. Дай мне слово, что этот разговор останется между нами.
– Наташа! – раздраженно воскликнул я. – Хочешь, я сейчас развернусь и пойду по своим делам? Что за понты на ровном месте, что за условности? Ты прекрасно знаешь, что я выполню любую твою просьбу, зачем лишний антураж наводить?
– Ты всегда так! – обиделась она. – Ни о чем тебя нельзя попросить! Мне плохо, а ты про какой-то антураж толкуешь.
Слово новое узнал? Еще своего проклятого старика Кусакина приплети. У меня несчастье, а ты даже дослушать меня не желаешь. Иди куда хочешь, сама со своими бедами справлюсь!
«С беременными нельзя спорить. Слово не так скажешь, сразу слезы на глазах».
– Каюсь, Наташа, был не прав! – пошел я на мировую. – Говори, что случилось, я помогу тебе, чем смогу.
– Андрей, мне стыдно признаться, но я ничего не могу поделать. Андрюша, у меня появились вши.
