Если их колонну остановят на посту ГАИ, то через минуту отпустят без всякой проверки документов. Кто захочет связываться с оравой женщин и детей, которые в любую минуту могут высадиться из машин?
Утром 22 мая я встал в мрачном настроении.
«Пора заканчивать с холостяцкой жизнью. Любовь любовью, а завтрак каждый день самому себе готовить надоело. Вещи стирать надоело, пол мыть, спать одному надоело. Надо найти подходящую хозяйственную девушку. Пускай я не буду ее любить пылко и страстно, но от бытовых проблем она меня избавит.
Кого пригласить в сожительницы?»
Раньше я был твердо убежден, что при наличии собственного жилья женщина появится автоматически, как пена на закипающем варенье. Теперь выяснилось, что не всякая дама пойдет жить в общежитие, а те женщины, что согласны делить со мной жилплощадь, не устраивают меня.
«Какой-то замкнутый круг, – подумал я, доставая утюг. – Женщину, которую полюбишь всем сердцем, можно искать до самой смерти. Жить одному – не вариант. Сходиться с девушкой ради глаженых рубашек – гнусная условность.
Временно можно пойти на условности, но нет ничего более постоянного, чем что-то временное. Сойдешься на год, она родит, и увязнешь на долгие-долгие годы».
Так ничего и не решив, разбитый и недовольный жизнью, я пошел на работу.
Сменившиеся с поста на недостроенном здании милиционеры доложили:
– Новое племя явно цивилизованнее и богаче. У них музыка играет, палатки новенькие, дровяные печки переносные, кастрюли вместо котлов.
– Конечно, новое племя цивилизованнее, – согласился Малышев, – если у них барон числится экспедитором, а среди мужчин как минимум шестеро умеют управлять автомобилем.
Расследование нападения на Меркушина и убийства барона я продолжил с изучения протоколов допросов его братьев. Тот брат, что представлялся старшим, на самом деле был средним из сыновей Зульмат. Старшинство он принял, как только увидел старшего брата (барона) мертвым.
«Быстро у них, однако, – подумал я, просматривая бумаги. – Не успел барон концы отдать, как его жена уже перешла в собственность к другому брату, а тот стал величать себя самым старшим мужчиной в роду.
Этот новоявленный старший брат получил от смерти барона одну выгоду. Сейчас мы отпустим его, он на празднике весны прикупит себе временную жену и будет наслаждаться жизнью: своя жена работает по хозяйству, вдова в резерве, временная жена для любовных утех. И, самое главное, ни одна из жен слова поперек ему сказать не посмеет!»
– Давайте брата ко мне! – распорядился я.
