Код идеальной магии 3

Констанс от удивления отскочила от меня, не в силах произнести хоть слово. Ее рот открывался и закрывался, и я даже слышал, как пылает в ней возмущение и зависть.

А потом она сдалась и махнула рукой. У нее и вариантов-то не было! Констанс провела меня в больничное крыло, где на десятке кроватей лежали копии Матильды: бледные, осунувшиеся ведьмы. Тяжелый запах болезни мгновенно впитался в одежду и повис надо мной чувством обреченности.

Я еще не придумал, как помочь им. Поэтому мне нужно поговорить с богиней.

Значит, нужно самому попробовать. Копия вызова богини у меня есть, ведьминскую силу я тоже могу активировать.

— Где вы общаетесь с ней? — спросил я Констанс.

— В дальнем доме. На нем хорошая защита. Но я не думаю, сможете ли вы туда зайти.

Остальным магам я поручил следить за состоянием ведьм в больничном крыле. Это единственное, чем они могут сейчас помочь. Алекса уже подготовила для больных особые лечилки.

— Как вы думаете, сколько у них осталось времени? — вдруг спросила Констанс, когда довела меня до дальнего дома.

— Почти не осталось, — честно ответил я. — Ждите меня здесь.

— Постойте, скажете, как вы это делаете? Откуда у вас наша сила? Как вы можете быть ведьмой?

— Не ведьмой тогда уж, а ведьмаком, — уголок моих губ приподнялся. — И нет, у меня нет вашей силы. У меня есть нечто гораздо большее.

— Я умею находить общий язык с любой силой, — я не стал ждать, что она ответит, и подошел к крыльцу дома.

Он очень напоминал тот, в котором проходил ритуал Матильды. Те же пустые окна, простые дощатые стены. Я был уверен, что внутри царит такая же пустота, а на другом этаже — круг с символами.

Но мне все равно было интересно, как это сделано у целого сообщества. Один большой рисунок или для каждой ведьмы свой? Чтобы узнать это, я должен был войти.

По спине пробежали суетливые мурашки. Я сделал шаг и вдруг ощутил серьезное сопротивление. Сам воздух не хотел пропускать меня.

Посмотрим, кто кого!

Сконцентрировавшись, я сделал еще шаг, погружаясь в толщу чужой силы. Сразу же сдавило грудь, вытеснив воздух из легких. Мне пришлось задержать дыхание и продолжить идти.

До ручки двери оставалось каких-то полметра, и я должен был всего лишь протянуть разом ставшую свинцовой руку и нажать на рукоять.

Медленно, как в покадровой съемке, я пошевелил пальцами, напряг кисть и начал злиться.