Не будет ни огня, ни дыма, но любой человек в радиусе десяти метров, не успевший заткнуть уши, будет выведен из строя через доли секунды. Еще одно слово, и…
Старушка почесала затылок стволом револьвера.
– Каждый охотник желает знать, где сидит фазан… А, вспомнила! Это мне еще в монастыре рассказывали, когда я туда в школу ходила. Так легче запомнить цвета. Каждый – это красный. Охотник – это оранжевый, и так далее, по цветам. Это же радуга! «Радуга». Последнее кодовое слово. Артемис очень вовремя вспомнил, что нужно приоткрыть рот.
Звуковая волна раздробила бы сжатые зубы, как стекло.
Граната взорвалась, расшвыряв людей по залу, словно каких-нибудь кукол. Некоторым повезло больше, и они врезались в тонкие перегородки, пробив их насквозь и тем самым смягчив свое падение. Другим повезло меньше, потому что на их пути стояли сложенные из полых каменных блоков стены. Что-то сломалось. Явно не блоки.
Артемис не пострадал, потому что приземлился прямо в медвежьи объятия Дворецки, – прижавшись спиной к прочной дверной коробке, телохранитель ловко поймал летевшего на него мальчика.
В отличие от наемных убийц Артемис и его слуга ничего себе не сломали. Кроме того, их зубы остались целыми, а защитные губки-фильтры вовремя среагировали, защитив барабанные перепонки.
Выждав, пока все стихнет, Дворецки поднял голову и осмотрел зал. Все убийцы валялись на полу, прижимая ладони к ушам. По меньшей мере еще несколько дней в глазах у них будет все двоиться… Верный слуга достал из наплечной кобуры свой любимый «Зиг Зауэр».
– Оставайтесь здесь, сэр, – приказал он. – А я пока проверю кухню."
"Артемис сел на стул и несколько раз глубоко вдохнул, пытаясь прийти в себя. В воздухе висела пыль, отовсюду доносились стоны, но Дворецки снова спас его, Артемиса, жизнь – уже в который раз. Кроме того, еще не все потеряно. Возможно, им удастся перехватить Спиро, прежде чем тот покинет страну. У Дворецки был знакомый в аэропорту «Хитроу» – бывший «зеленый берет» Сид Коммонс. Некогда они с Дворецки работали телохранителями в Монте-Карло…
Чья-то огромная фигура закрыла солнце.
Это был вернувшийся с осмотра местности Дворецки. Артемис еще раз глубоко вздохнул, почувствовав прилив необычайной благодарности к своему слуге.
– Дворецки, – сказал он, – напомни мне, мы обязательно должны поговорить о том, чтобы повысить тебе зарплату…
Но это был вовсе не Дворецки. Это был Арно Олван. И на его левой ладони лежали два конуса из желтоватой пенки.
