Вернувшись в Гавань, сразу вели своему адвокату проверить дату выдачи самого первого ордера на обыск твоей пещеры. Когда же тебя освободят, некоторое время веди себя примерно – год, может два. После чего доставь мне ту монету, что я тебе подарил.
Вместе нас никто не остановит.
Твой друг, и благодетель, Артемис Фаул Второй""
Мульч скомкал записку, сложил пальцы трубочкой и втянул бумажку в рот. Коренные зубы быстро уничтожили все улики.
Сделав пару глубоких вдохов, Мульч попытался успокоиться. Рановато еще палить пробками в потолок и распивать «Скайлианское».
Пересмотр дела мог продлиться месяцы, если не годы. Но теперь можно было жить надеждой.
Мульч сжал в ладони подарок Артемиса. Вместе их никто не остановит.
Эпилог
ВЫДЕРЖКИ ИЗ ДНЕВНИКА АРТЕМИСА ФАУЛА Диск № 1.Данные зашифрованы
""… Я решил вести дневник. На самом деле, я был поражен, что такая блестящая мысль не пришла мне в голову раньше. Интеллект, подобный моему, должен быть сохранен в документах, дабы все последующие поколения Фаулов могли воспользоваться моими гениальными идеями.
Конечно, с таким документом следует обращаться крайне осторожно. Какой бы ценностью для моих потомков он ни обладал, еще большей ценностью он станет для правоохранительных органов, которые постоянно пытаются найти доказательства моей преступной деятельности.
Еще более важно вести дневник в тайне от отца. Он сильно изменился после своего побега из России. Его неотступно преследуют мысли о всяческом благородстве и героизме. Абстрактные понятия в лучшем случае.
Насколько мне известно, этих самых принципов благородства и героизма не придерживается ни один из основных банков мира. Состояние семьи находится в моих руках, и я намереваюсь сохранить его и преумножить привычными для меня способами, то есть при помощи гениальных авантюр, разработанных лично мной. Разумеется, большинство этих авантюр будут незаконными. Законным путем много денег не заработаешь. Реальная выгода, как правило, таится по другую сторону закона."
"Тем не менее из уважения к ценностям моих родителей я решил несколько изменить критерии отбора будущих жертв.
Если обанкротятся несколько глобальных корпораций, экологическая обстановка на Земле только улучшится, и я решил помочь им в этом. Конечно, преступление всегда останется преступлением, какой бы «плохой» жертва ни была, но, по крайней мере, никто не будет лить слез, жалея потерпевшую сторону. Это не означает, что я превратился в этакую жалкую пародию на Робина Гуда. Вовсе нет.
