Констанция попыталась было нахмуриться, но после стольких подтяжек кожа на ее лбу наотрез отказывалась натягиваться сколько-нибудь больше.
– Два часа? Еще никого не удалось реанимировать после такого срока. Впрочем, после пребывания в криогенной камере тоже никого не удавалось реанимировать…
Уличное движение в Найтсбридже было, как всегда, хаотичным. В «Хэрродсе» объявили однодневную распродажу, и весь квартал был осажден толпами покупателей, штурмующих шикарный универмаг. К служебному входу в «Ле Плавник» криогенный фургон подъехал лишь через семнадцать минут.
Было четыре тридцать пополудни, и, как было обещано Артемису, все полицейские уже ушли. За исключением одного: инспектор Барр лично охранял служебный вход. Джастин Барр был поистине гигантом – и потомком племени зулусов, согласно словам Дворецки. В какой-нибудь дикой африканской прерии он и Дворецки очень неплохо смотрелись бы вместе.
Фургон удалось припарковать на диво быстро, и Артемис стремительно выпрыгнул из салона.
– Криогеника… – протянул Барр, увидев эмблему на борту фургона.
– Думаете, это ему поможет?
– Стало быть, вы все-таки заглянули в холодильник?
Детектив кивнул:
– Ну разве я мог удержаться? Любопытство – мое ремесло. Но сейчас очень жалею, что сунул туда свой нос. Он был хорошим человеком.
– Был и есть, – поправил его Артемис. – Я еще не готов прощаться с Дворецки.
Барр отошел в сторонку, пропуская в ресторан двоих санитаров «Ледникового периода».
– Согласно докладу моих подчиненных, группа вооруженных бандитов пыталась ограбить ресторанчик, но им помешало внезапно случившееся землетрясение.
Готов съесть собственный значок, если все было именно так. Может, вы прольете хоть какой-то свет на произошедшее?
– Мой конкурент не согласился с предложенной мною деловой стратегией и чересчур разозлился. Последствия вы можете наблюдать сами.
– Кто нажал на курок?
– Арно Олван. Новозеландец. Крашеный блондин, серьги в ушах, татуировки на шее и на теле. Не хватает большей части зубов.
Барр записал все услышанное в блокнот.
– Я разошлю это описание по аэропортам. Кто знает, быть может, нам удастся его поймать.
Артемис устало потер глаза.
– Значит, он все-таки выжил… Очень жаль. Знаете, детектив, Дворецки ведь спас мне жизнь. Эта пуля предназначалась мне.
– Ничего другого я от него и не ожидал, – одобрительно кивнул Барр. – Я могу вам чем-нибудь еще помочь?
– Я сразу же дам вам знать, если в этом возникнет необходимость.
