Код возвращения

Даже матрац на четырех кирпичах был точно такой, как у Витьки Кружка, что жил по соседству с Антониной в Мануфактурном переулке. На матраце сидел темнокожий молодой парень, угрюмый и широкоплечий. Он был в белой футболке и шортах.

Полуголый что-то сказал Гепарду. Макс обратил внимание на требовательный тон, странный для обращения к старшему. А старшим здесь должен быть Гепард! И потом, деньги передаются строго конспиративно, с глазу на глаз, без свидетелей! Спецкурьера не знают в лицо даже сотрудники местных резидентур! Почему Гепард нарушает все правила?

— Давай деньги! — сказал контакт, обращаясь к Максу, и с безразличным видом сел в потрепанное кресло.

Пожав плечами, Макс снял рюкзак и принялся выкладывать пачки на колченогий стол. В правой руке он зажал авторучку, как будто собираясь писать акт приемки-передачи. Полуголый наудачу брал пачку и пересчитывал в ней купюры. Процедура затягивалась. Так тщательно пересчитывал деньги только людоед Мулай Джуба — президент Борсханы. Если бы обнаружилась недостача, спецкурьер заплатил бы жизнью, а его поджаренные пальцы пошли бы на обеденный стол президента. Чем кончится дело сейчас, Макс не знал. Его пальцы машинально крутили авторучку.

В квартире жара ощущалась еще более мучительно, Макс вытер мокрое лицо, торс считающего деньги мужчины тоже лоснился от пота. Гепард перебирал четки, монотонно говоря что-то себе под нос. Молодой парень пристально наблюдал за спецкурьером. Макс отобразил на лице полное безразличие к происходящему. Полуголый был поглощен деньгами.

Время тянулось неимоверно долго. За первой пачкой последовала вторая, затем третья. Похоже, он решил пересчитать все. Никто не нарушат тягостного молчания. Атмосфера была гнетущей и предвещала драму. Максу все это не нравилось.

— Почему он считает? — спросил Карданов, обращаясь к Гепарду. — И почему это происходит при свидетелях?

— Так надо, — коротко ответил Гепард. — Пусть тебя это не беспокоит.

Наконец процедура пересчета была завершена, полуголый удовлетворенно сгреб деньги в одну кучу.

— Все в порядке, — сообщил он. — Вы можете идти. Карданов немного разбирал разговорную арабскую речь и понял суть сказанного. Непонятно было, почему какой-то чужак распоряжается деньгами, предназначенными Гепарду. Но контакт вел себя как ни в чем не бывало. Он поднялся с кресла и шагнул к спецкурьеру. Дружески протянул раскрытую ладонь.

— Не обижайтесь. Али очень дурно воспитан. Я с этим долго мирился, но теперь он перешагнул все границы.