Кодекс «Альтмана»

— Сообщите им текущие цифры, а я пока подготовлю прогноз. Но передайте, что десять часов — это слишком долго.

Бьенас сел в кресло и принялся работать с картами. Инженер отправил его послание и откинулся на спинку, дожидаясь ответа. Он потянулся в кресле, разминая мышцы, затекшие за долгие часы вахты, и мечтая о том, чтобы она побыстрее завершилась. Бьенас продолжал наносить на карту предполагаемый курс «Кроува» и наконец тоже выпрямился, качая головой.

Радист прислушался к голосу в наушниках и окликнул Бьенаса поверх плеча:

— ""Силох"" передает, что они могут прибыть не раньше чем через десять часов.

Они выжимают из машин все, что можно.

— Скажите им, что к этому времени мы уже войдем в Персидский залив и ситуация станет непредсказуемой. Если они не подоспеют в течение шести часов, то могут отправляться домой печь пирожные. — Встревоженный, он повысил голос: — Если я кому-нибудь понадоблюсь, ищите меня на мостике! — Бьенас поднялся на темную палубу, затем на мостик. Там находился Червенко, заступивший на вахту час назад.

Когда Бьенас взошел на мостик, капитан рассматривал в ночной бинокль далекие огни «Эмпресс».

— За последний час они прибавили скорость на один узел. Словно собака, которая почуяла дом.

— ""Силох"" передает, что они могут быть здесь через десять часов.

— Броуз сделал все, что в его силах, — сказал Червенко, не опуская бинокль и не поворачиваясь. — Беда в том, что Пятый флот находится слишком далеко к югу и мы продолжаем удаляться от него. Крейсер не успеет прийти вовремя.

— В любом случае они вряд ли смогли бы сделать намного больше, чем мы. — Бьенас постарался произнести эти слова весомо и оптимистично.

— Да, если забыть о том, что крейсер вдвое крупнее фрегата. — Червенко оставался реалистом. — Как себя ведет подводная лодка?

— Не отстает ни на метр. По словам Хастингза, он улавливает звуки подготовки к атаке. Что-то происходит в носовом отсеке."

"— Китайцы понимают, что мы скоро начнем захват, Фрэнк. Мы не можем позволить «Эмпресс» войти в Персидский залив.

Там мы будем беззащитны против воздушных атак с наземных аэродромов, против торпедных катеров — против всех, кто захочет напасть на нас. Иран может решить, что мы затрагиваем также и его интересы, и тогда мы попадем в отчаянное положение.

Бьенас мрачно кивнул. Он стоял бок о бок с капитаном, рассматривая ходовые огни сухогруза, маячившие впереди в ночной темноте. Два корабля упорно продолжали двигаться навстречу катастрофе.