Кодекс «Альтмана»

Затея с «Доваджер Эмпресс» была рискованной, Ю понимал это с самого начала, однако прибыль ожидалась поистине фантастическая. Вдобавок он рассчитывал на огромное «гуаньси», поскольку к отправке груза был причастен сам Вэй Гаофань, знаменитый могущественный ветеран Постоянного комитета Политбюро.

Но теперь произошло что-то очень серьезное. Где он, этот проклятый Фэн? Куда запропастилась декларация? Тот, кто передал ее американцу, заслуживает мучительной смерти под пытками!

— Ты хорошо себя чувствуешь, муж мой?"

"Ю рывком повернулся, собираясь отчитать супругу, которая осмелилась помешать его мыслям, но слова застряли у него в горле.

С такими женами, как Ли Коню, грубость неуместна. В конце концов, у них современный брак. Американский брак.

Он сумел совладать со своим голосом:

— Проклятый Фэн. Он уже должен был вернуться с Тайваня.

— Тебя беспокоит декларация?

Ю кивнул.

— Фэн добудет ее, Юнфу.

Ю вновь принялся расхаживать по кабинету, качая головой:

— Откуда у тебя такая уверенность?

— Этот человек способен вытащить дьявола из преисподней.

Он поистине бесценен для нас, хотя ему нельзя доверять полностью.

— Я как-нибудь справлюсь с ним.

Коню хотела что-то сказать, но умолкла на полуслове. Ю замер на месте. В огороженный стенами двор их усадьбы въехал огромный автомобиль.

— Это он, — сказал Ю жене.

— Я подожду на втором этаже.

— Да.

Несмотря на провозглашенное партией равенство мужчин и женщин, отношение к супруге как к партнеру считается в Китае признаком слабости.

Ю сел за стол и, услышав, как горничная открывает входную дверь, напустил на себя деловой вид.

Послышался мерный звук шагов по паркету. Они поднялись к комнате Ю, и в открытом дверном проеме вдруг возник крупный мужчина, словно материализовавшись из воздуха. У мужчины была необычно светлая кожа и короткие рыжие волосы с белыми прядями. Он был высок — не меньше ста девяноста сантиметров — и атлетически сложен, но его нельзя было назвать грузным. Он состоял из одних мышц и весил около восьмидесяти килограммов.

Ю пристально воззрился на него, но рядом с этим человеком сам он казался карликом.

Ю подпустил в голос хрипотцы. По его мнению, именно так должен был разговаривать могущественный работодатель:

— Она у вас?

Фэн Дунь улыбнулся. Это была едва заметная, ничего не выражающая улыбка, словно нарисованная на лице деревянной марионетки.

— У меня, босс, — негромко, почти шепотом отозвался он.

Ю не смог сдержать вздох облегчения.