Онлайн-библиотека книг
В голове, еще не до конца проясневшейся после похмелья, щелкнула первая, но решающая шестеренка. Картинка начала складываться."
"— Орхидеи… — протянул я, представляя себе это. — Это же не просто цветы. Это капризные, сложные организмы. Требующие особого микроклимата, специфического состава почвы, постоянного контроля влажности и температуры. Для этого нужны специальные оранжереи… и регулярные визиты экспертов.
Альфред подхватил мою мысль, его пальцы запорхали над клавиатурой, вызывая новые окна с данными.
— Его частная оранжерея… Бинго! Это единственное место во всей резиденции, не подключенное к основной системе безопасности на полную мощность! Слишком много ложных срабатываний из-за постоянных перепадов температуры и влажности! Охрана заходит туда только по строгому графику обхода или по экстренному вызову! Камеры есть, но их меньше, и нет аудионаблюдения — вибрации от системы полива создают помехи! — И он самолично инспектирует каждое новое приобретение, — голос Лии звучал все увереннее.
— Он никому не доверяет свои сокровища. Никогда. Это его пунктик. Его слабость, за которую он держится, как бульдог.
— Идеально, — прошептал я, и план начал обретать причудливые, почти безумные очертания.
— Мы не будем штурмовать стены. Мы не будем взрывать мосты. Мы войдем через парадную дверь. В коробке. С цветком.
Воцарилась оглушительная тишина, нарушаемая лишь тихим гудением голографического проектора и свистом кипящего на плите чайника.
— Ты предлагаешь… подарить министру внутренних дел, главному параноику Империи, букетик? — Алина смотрела на меня так, будто я только что предложил ей сплясать на столе голышом.
— Не букетик. Редчайшую, считавшуюся вымершей орхидею «Призрачный лепесток», которая, согласно ботаническим мифам, цветет раз в тридцать лет под знаком убывающей луны. Как раз к годовщине уничтожения нашего Ордена. Он не устоит. Его страсть коллекционера, его ученая жадность затмят голос разума. Это будет для него как священный Грааль.
— А где мы возьмем этот… «Призрачный лепесток»? — спросил я Альфреда.
— Я могу создать голографическую проекцию, ароматическую иллюзию, но живой цветок… Для его сложнейшей биосигнатуры мне потребуется эталон, живой образец. Без него…
— Он есть, — сказал я, и в комнате снова повисла тишина, но теперь уже другого качества — напряженная, полная ожидания.
— В старой засекреченной теплице Мастера, в Академии магии. Он выращивал ее все эти годы из единственного уцелевшего семени.
