Может и сама не права была, устроила загонную охоту на мужика. А им такое категорически не по вкусу. Да и с Кираной я повела себя максимально неосмотрительно. Но здесь у меня выбора не было. Сделала, что приказали. Приказали. Стоит называть вещи своими именами, использовали как разменную монету. Мне после этого пришлось засунуть язык в одно место, лишь бы замуж не выдали. А приказчику хоть бы хны. Вот так и верь богам!»
Доверие к собственному тотему у Марии изрядно пошатнулось ещё и потому, что она видела, чего стоило отцу пойти против покровителя.
Когда император, не раздумывая, уничтожил угрозу собственной семье, Мария испытала гордость и внутреннее согласие с его действиями. Она и сама бы удавила гадёныша за такое, но вот реакция Кречета… Этот петух пернатый их всех водил за нос исключительно в собственных интересах. Ему было глубоко плевать на императорский род, он играл ими как марионетками в театральной постановке."
"Ну а после его явления к ней в покои… Да ей отмыться хотелось после божественного визита.
Но она ходила с мечтательной улыбкой на устах, на случай если эта пернатая тварь будет за ней наблюдать. Это же надо, соблазнять её троном и ребёнком от бога… Может кто-то и согласился бы, но не она. Не даром семейный архив хранит немало тайн. Там были и сведения о полубожественных детях и их матерях. В этом вопросе Маша решила учиться на чужих ошибках.
«Хера с два я теперь буду плясать под твою дудку, дорогой. Я умею играть. Я просто первоклассная актриса. И это будет моя лучшая роль, даже если она будет стоит мне жизни».
Единственный вариант, при котором Мария могла стать императрицей — смерть отца и братьев. А этого она допустить никак не могла. Зная императора, он будет защищать детей до последнего, даже ценой собственной жизни. Мария же решила во что бы то ни стало спасти отца.
В этом ей помогла княгиня Инари. Правда, принцессе пришлось завиться к княгине до свадебных торжеств с менталистом и сделать маленькое внушение. Чтобы ментальная закладка не пошла вразнос с убеждениями иллюзионистки, Марии пришлось принести клятву на крови, что все её действия отныне и впредь не навредят Комариным-Эсфесам-Виноградовым.
И это Маше ещё повезло, что у княгини был пунктик насчёт рано погибшего отца. Именно на этом и удалось закрепить внушение. Зато при отправке всех в другой мир азиатка без раздумий прикрыла принцессу, наложив на неё иллюзию невидимости и снабдив свитками перехода до столицы, начисто забыв об этом.
