Кодекс Крови. Книга ХVII

Глава 17

Казалось бы, два дня всего прошло, а дел накопилось предостаточно. Вопрос с вирой за украденную родовую башню Полозовых решился в тот же день. Башня просто вернулась на своё законное место. Правда, пришлось пару часов покружить над ущельем, пока отыскал её. Полозов попытался ещё стребовать виру на ремонт, но тут же заткнулся, когда я привёл к нему мага земли из кровников. Восстановить каменную кладку для него не составило особого труда. От себя маг добавил резьбы по камню и несколько барельефов с покровителем рода Полозом.

Поэтому бывшему игроману пришлось засунуть язык в задницу. Восстановленная башня стала выглядеть краше и богаче старой."

"Решив этот вопрос, пришлось заняться возвратом французских военнопленных. За двое суток Игнат с Арсением собрали информацию о всех уничтоженных растениях-паразитах, высаженных Гиббоном в своей стране и за её пределами. Газеты в эти дни стали нам помощниками, смакуя подробности каждого из случаев. По итогу количество проданных саженцев совпало с количеством уничтоженных.

Потому уже сутки меня в Мантуе и в Москве дожидались вежливые записки от французского президента с извещением о выполнении своей части сделки. Но прежде, чем окончательно решить французский вопрос, я проведал Тильду и Эона с детьми. Те также попали под воздействие звероцвета, но решили пережить это состояние без катализатора. Возможно, на решение повлияло ещё и то, что их всех дружно зациклило друг на друге. Думаю, подобным образом подсознание друзей намекнуло им о ценности семьи в нашей наполненной опасностями жизни. Семья эргов наслаждалась совместным семейным отпуском. Особых проблем их сосредоточенность друг на друге не доставляла, но напомнила мне о необходимости решения вопроса с эргами. Однако затевать изменения следовало, когда Тильда с Эоном придут в себя. Ведь эргами они занимались в большей мере чем я, потому приходилось терпеливо ждать.

Джованни с Агафьей, кажется, чуть ли не поселились на время у Хризантемовых.

Причём их неожиданное товарищество дало столь же неожиданный результат.

«Миш, тут появилась идея по твоей спящей красавице».

Я даже, признаться, не сразу сообразил, о ком речь. А после мне стало даже стыдно. Ведь на мне висел долг, который я пока не смог выплатить. Душа Исабель Леон-Марино всё ещё томилась в заточении в макре стараниями старика Галапагоссова-Черепахина.