Онлайн-библиотека книг
А Абдул-Азиз сильный.
Во-вторых, следовало признать, что условия, которые предлагал ей шахзаде, были гораздо лучшее тех, на которых большинство женщин попадали в тегеранский гарем. Замужество, личный, хоть и небольшой дворец, где она могла жить по своим правилам, и относительная самостоятельность после рождения хотя бы одного наследника мужского пола. К тому же, Мирослава не обманывалась. Подобные преференции ей выбил именно граф. Попадание под вассалитет Комариных — вообще самая большая удача брата и сестры Полозовых.
— О чём задумалась моя кошечка, — промурчал рядом гипнотический шепот шахзаде, обдувая горячим желанием нежную кожу шеи. У Миры даже мурашки пошли по всему телу.
— О том, что отец сватал мать по древним традициям, а сейчас уже все давно от них отошли, — ляпнула она первое, что пришло в голову.
— И каковы же ваши древние традиции сватовства? — вкрадчивый голос Абдул-Азиза обещал все наслаждения мира, если она расскажет.
— У нас невест воровали, а затем просили выкуп. Кто давал больший, тому и доставалась красавица, — сбивчиво говорила Мира. Ей казалось, что она несёт какую-то чушь, но остановиться было выше её сил. — Правда, предварительно спрашивали разрешения у отца и сговаривались с другими кандидатами на выкуп.
— А разве сама красавица не имела права голоса? — ласкал слух девушки шахзаде мурчанием, нежно целуя кожу на запястье у Миры.
— Им-меет, — запнувшись подтвердила девушка, — она выбирает, кого оповестить о краже…
— Моя милая дерзкая кошечка, а ты бы сообщила мне, будь всё по вашим традициям?
— К-конечно.
Нежности между двумя оборотнями прервал граф Комарин:
— Абдул-Азиз, там угли готовы. Ты обещал мясо по собственному рецепту.
— Иду, мой друг! — медленно поднялся с места шахзаде, посылая воздушный поцелуй Мире: — Я скоро, моя кошечка! Всё будет так, как ты захочешь!
* * *На этом я выпал из воспоминаний Полозовой с мыслями:
«Что же ты наделала, Мира? Ты же хищнику предложила устроить охоту…»
Полозова что-то такое прочитала в моём взгляде. Щеки её заалели, и она отвернулась в сторону знакомого звона. Это Еремей Тигров спустился со своего золотого лежбища.
