Выдрин пообещал прибыть прямо ко времени, а если не успеет, просил не ждать его. При этом на фоне у него раздавались счастливый женский смех и звон бокалов.
Татьяну и Макара, так звали семилетнего оболтуса, я застал за уборкой после закрытия таверны. На мою просьбу взять выходной и слетать на дирижабле в Абрау они ответили сдержанным согласием. Мальчишка не выдержал первым, завизжав от радости:
— Мама! Ди-ри-жабль! Мы полетим! — он кружился вокруг своей оси, расставив руки в стороны.
Татьяна была настроена не так оптимистично. Она посматривала на меня с опаской:
— Вы тоже узнали про завещание и алтарь?
— Узнал, — не стал я кривить душой, — но меня он интересует не с целью наследства.
— Все так говорят, но последние лет сто регулярно кого-то ловят за различными ритуалами на окрестных землях, — тётка метала в меня подозрительные взгляды, — ваше желание сорваться туда среди ночи в компании меня и сына не добавляет к вам доверия. Вы собираетесь принести нас в жертву?
А такой поворот мыслей я даже не мог предположить.
— Мне нет необходимости будить алтарь, Татьяна, — я снял пару стульев со стола и поставил друг на против друга, усаживаясь сам и предлагая присесть пиратке, — я уже сейчас мог бы взять главенство в роду Виноградовых по праву крови, силы и наличию родового дара, но я дал клятву своему тотему и не собираюсь отступать от неё. Я — Комарин и всегда выполняю взятые на себя обязательства.
Макар прекратил носиться по залу и стал прислушиваться к нашему разговору. Он ощутил настроение матери и не отходил от неё далеко в неосознанной попытке встать на защиту в случае необходимости. Настоящий мужчина растёт.
— Тогда зачем мы вам там? — уже менее настороженно уточнила Татьяна, усаживаясь на стул.
— Стараниями Геральдической службы я проверил почти две сотни человек, в чьих жилах течёт кровь Виноградовых, и не нашёл ни одного, который бы удовлетворил Винограда в качестве главы рода, — я указал на серьгу в ухе, внимательно наблюдая за реакцией пиратки.
Та нахмурилась, рассматривая серьгу в форме виноградной грозди, видно было, что Татьяна пытается что-то мучительно вспомнить. Я не торопил женщину. Спустя пару минут она вскинула на меня потрясённый взгляд:
— Он общается с вами!
Я кивнул, подтверждая её слова.
— Всё равно не понимаю, — она тряхнула головой, сбрасывая оцепенение.
