Эти Галапагосы ведь в такой заднице мира находятся, что добраться туда меньше чем за трое суток — истинное чудо. Но шанс, если ему не изменяет память, был.
— Группа сопровождения не больше четырёх человек, запиши координаты тонкого места, я предупрежу владельца, — отдавал короткие инструкции министр обороны, привыкший коротко излагать свои мысли. — И имей в виду, выйдешь не в нужном месте, а за полтысячи километров. Навскидку на каком-то вулканическом острове. Дальше сам. Ещё могу дать обратный ключ для провала на изнанку в тех дебрях.
— Спасибо, Данила Андреевич. Я — ваш должник!
* * *За два дня до…
Резиденция рода Леон-Марино (Морского льва),
Галапагосские острова
Серхио Леон-Марино почувствовал появление чужой души сразу же, благодаря родовому дару. Но владелец этой «души» был ему не знаком лично, ощущаясь тенью нормального человека.
Живой мертвец явился в их дом вместе с ночным бризом. Была она прекрасна, словно роза полуночи, и так же ужасна шлейфом деяний, тянувшихся за её недожизнью. Противопоставить ей было нечего.
Дитя жизни и смерти всегда было сильнее любого из морских львов. А уж после пережитой кровопролитной войны с Тортугасами взрослых умудрённых жизнью львов осталось всего ничего.
— Если ты прибыла убить меня, то не медли! Но пощади хотя бы маленьких львят в этом доме, — Серхио тщетно просил о снисхождении, тем временем сплетая сеть отлова души, изученную когда-то у Эквадо Тортугаса. Тёмное волшебство, страшное! Но для спасения своих детей Серхио согласен был на всё, даже на использование проклятых техник Тортугасов.
— Зачем убивать? — вполне искренне удивилась незнакомка. — Мне нужна лишь информация. И ничего более.
Платиновые кудри качнулись в такт движения незнакомки, и она в мгновения ока переместилась за спину Серхио.
— Какого рода информация? — пальцы главы рода Морских львов жгло заклинание ловца, но он не решался его применить.
— Меня интересует прошлое рода Черепаховых с ваших островов, особенно их магические способности.
Серхио вздрогнул всем телом, вспоминая те картины, которые хотел бы навсегда забыть, но не мог.
Они огненным клеймом горели в памяти, хоть и прошла уже добрая четверть века.
— На мне клятва о неразглашении, — честно ответил он и приготовился к последствиям. Дети ночи плевать хотели на клятвы. Они всегда получали желаемое, оставляя после себя иссушённые трупы.
— Хм-м… — задумчиво постукивала девушка по губам пальчиком с ярко-красным ноготком. — Можно было догадаться, что просто не будет.
