Кодекс Вещих Сестер

– Добрый вечер, господин Дубровский! Я звоню насчет записи, которой вы со мной недавно поделились.

– Добрый вечер, Алена Александровна! Вам удалось что-то выяснить?

– Занятная история получается, профессор, – сказала Сухорукова. – Это действительно мертвый язык! Я едва отыскала нужную информацию в одном из старых справочников. Некоторые слова были восстановлены по образцам письменности, но ученые понятия не имели, как они произносятся. У вашей же пациентки произношение просто идеальное! Где она могла узнать этот язык?

– Хотел бы и я это узнать, но – увы.

– Ну, если дословно… – В трубке послышался шелест бумаги. Сухорукова листала свой рабочий блокнот. – «Сидишь передо мной, старый дурак, и задаешь мне глупые вопросы. Ты и понятия не имеешь, с кем связался. Я обрушу небо на город и устрою ад на земле, и никто не сможет меня остановить. А пока тешься иллюзией собственной безопасности и продолжай спрашивать меня о моем самочувствии».

Профессор Дубровский лишился дара речи.

– Как-то так, – смущенно добавила Алена Александровна. – В любом случае это очень интересно. Вы говорили, что иногда люди под гипнозом начинают говорить на иностранных языках… Но на мертвом языке… Как тут не поверить в реинкарнацию?

– Действительно… – тихо пролепетал Вениамин Дубровский.

– Давайте еще раз встретимся, профессор? – предложила Сухорукова. – Я хочу узнать больше об этой вашей загадочной пациентке! Возможно, мы сделаем ее знаменитостью! И вы тоже прославитесь!

– Только этого мне не хватало, – глухо ответил Дубровский.

Дверь его кабинета отворилась. Профессор Дубровский испуганно вздрогнул и повернулся. Ирина Зверева стояла на пороге, буравя его мрачным взглядом, словно догадалась, что речь идет о ней. Психиатр тут же отключил телефон и положил его на стол.

Невежливо получилось, он даже не поблагодарил Сухорукову за помощь. Но извиниться перед Аленой Александровной он всегда успеет.

"– Ирина, добрый вечер, – хрипло произнес он, стараясь сохранять невозмутимое выражение лица. – Ты опоздала.

– Немного задержалась, – ответила Зверева, прошла в кабинет и села в кресло. Сегодня она была в голубой блузке и длинной черной юбке. Волосы Ирина уложила в аккуратную прическу и заколола на затылке массивной заколкой.

– Проблемы с учебой? – спросил профессор.

– Проблемы с членами семьи, – холодно улыбнулась она.