Кое-что о тебе (ЛП)

Мы верили, что ты нас не разочаруешь. – Она смерила агента придирчивым взглядом с головы до пят: – Хм-м, какой-то вы щуплый. Надеюсь, хоть раздеваетесь полностью.

– Они думают, что вы стриптизер, – объяснила Камерон.

Похоже, Уилкинсу такое предположение польстило.

– О-о, прошу прощения, мэм, но я всего лишь агент ФБР.

– Ну конечно, – игриво подмигнула Мелани.

– А разве вы не должны быть в форме? – прищурилась Джолин. – С формой правдоподобнее.

– Я же специальный агент. А форму носят только стажеры.

– Это что-то новенькое, – обменялись взглядами Джолин и Мелани.

Камерон как раз собиралась предложить, чтобы Уилкинс предъявил сестричкам свой ФБРовский значок, но тут на крыльцо поднялся Джек, остановился на пороге и вежливо кивнул:

– Извините за опоздание.

При первом же взгляде на новоприбывшего, одетого в джинсы, темный блейзер и рубашку с расстегнутым воротом, у кузин Эйми отвисли челюсти. Объективно Камерон знала, на что уставились девицы: высокий, темноволосый и так далее, и тому подобное; мужественное лицо и все такое; сексуальное, поджарое тело, словно специально созданное для всевозможного греха, – ну и что с того? Лично она, конечно же, не обращает на подобные вещи никакого внимания.

Ухватив хозяйку дома за рукав, Джолин оттащила ее в сторону.

– Мама дорогая – и сколько тебе пришлось за него отстегнуть? – шепотом поинтересовалась она.

– Видишь ли, – Камерон помедлила, – в агентстве не назвали точную цену. Наверное, кому-то придется спросить у этого парня, сколько он берет за полное раздевание.

Сестры переглянулись:

– Мы в доле, – и двинулись к Джеку.

Камерон про себя ухмыльнулась.

Камерон развернулась от шкафчика, до которого пыталась дотянуться, и увидела возникшего на пороге кухни Джека.

Через секунду она сообразила, о чем речь, усмехнулась:

– Извини за недоразумение, – и поправила завязанную на талии тонкую черную кофточку с запахом, образующим глубокий треугольный вырез. В то время как Камерон тянулась за бокалами, горловина сползла с плеча, открывая взгляду надетую под низ кружевную маечку.

Пока Камерон возвращала вырез на место, Паллас помолчал, затем подошел ближе, положил папку, которую держал в руках, на тумбочку под шкафчиком и кивнул на полку, недосягаемую для хозяйки:

– Гм... Конечно. Требуются еще бокалы. А мне, по всей видимости, нужно начинать носить обувь на двенадцатисантиметровой шпильке. Вон те, слева, – указала на бокалы Камерон. – Не думала, что среди гостей так много любителей белого вина.