— Прекрати уже!
Когда мы вылезли из такси и поднялись на крыльцо клиники, Сережа приказал — да, именно так:
— Ключи из кармана достань. Зеленая таблетка. Открывай.
Я приложила ключ к замку, дверь пискнула и открылась. Навстречу вышла женщина лет сорока в зеленом костюме.
— Привет, Галя. Это мой. Падение, перелом. Давай рентген, узи, гипс. Соня, сиди здесь.
Со мной он разговаривал не то чтобы резко, но без соплей. Я не обижалась. Чего обижаться-то? Сама виновата. Знала же, что Пикс лазает по шторам. Сережа предупреждал, что свалится.
Ему котом надо заниматься, а не меня утешать.
Но «это мой» про себя отметила.
Сначала я сидела. Потом ходила по холлу взад-вперед. Потом разговаривала с водяной черепахой, которая смотрела на меня с опаской. Как будто я собиралась разорить ее кладку, где в песке под лампой грелись отложенные яйца.
Мне казалось, что прошла уже целая вечность, часы показывали начало четвертого. Привезли большую собаку с порезанной лапой, и Галя занялась ею. С собакой закончили, а Сережа все не выходил.
Меня начало трясти похлеще Пикса.
Если так долго — значит, все плохо!
Наконец он вышел, еще в хирургическом костюме, и вынес очумелого Пикса с лапой в гипсе. Не на листе, а на руках, и тот не возражал.
— Все хорошо, Соня, — сказал он, улыбаясь. — Давай переноску.
Я сняла крышку, и Сережа уложил кота на подстилку.
— Внутренних повреждений нет, а перелом был со смещением, пришлось под наркозом немного пооперировать. Поэтому и долго. Ждал, когда очухается. Теперь все в порядке.
Гипс на месяц. Дома все расскажу и покажу. Как снимать, надевать, как шов обрабатывать.
— Спасибо, Сереж! — Я опять захлюпала носом и повисла у него на шее.
— Почти не за что, — он поцеловал меня в нос. — Ищи такси, я переоденусь пока.
В такси я задремала, прислонившись к его плечу. День рождения получился… зашибись просто.
— Теперь точно будем весь день спать. Слышишь, ты, злодей? — Сережа засунул палец в переноску. — Спать весь день. Ясно?
Еще один командир на мою голову.
Сонька, а он точно на лежанке не поместится? Ладно, ладно. Так и быть. Пусть спит где хочет.
Я фыркнула в кулак.
Да неужели?
Дома Сережа вытащил Пикса из переноски, отнес в лоток, а потом положил на кровать и сказал строго:
— Не вздумай спрыгивать! Нельзя! Понял?
— Он что, с нами будет спать? — уточнила я, стаскивая свитер.
— Не так я собирался этот день закончить. Но ничего не поделаешь. Сегодня будет с нами, да.
Кот от комментариев воздержался.
