Я согласна не есть бутерброд, пока не остынет твоя каша, но кофе я должна выпить, пока он горячий. Кофе - это же не еда, а питье, ты понял, маленький садист?
Маленький садист, похоже, очень хорошо все понял, во всяком случае, Насте показалось, что в его блестящих круглых глазках мелькнуло злорадство.
- А может, договоримся? - заискивающе спросила она. - Доктор сказал, что сыр - это тоже диетическая еда. Правда, я разрезала для своего бутерброда последний кусок, но я могу с тобой поделиться.
Она сняла с хлеба один из трех жалких кусочков сыра и протянула Парню.
В мгновение ока тот оказался возле ее ног и заскулил, плотоядно облизываясь.
- Ну вот и славно, - удовлетворенно вздохнула Настя, с наслаждение глотая горячий кофе.
Покормив щенка овсянкой и налив ему свежей воды, она потихоньку зашла в комнату, оделась, написала Леше записку и вышла из дома.
* * *
Боже мой, она совсем забыла, что на свете существуют птицы и что они поют! Утро для Насти Каменской ассоциировалось с необходимостью проснуться (чего не хотелось), встать (чего хотелось еще меньше) и куда-то идти (а этого не хотелось вообще).
К полудню ее организм приобретал способность функционировать нормально, но утро - это всегда было плохо, трудно и мучительно. Утро никогда не приносило радости, и даже само слово в Настином сознании было окрашено в серо-коричневые цвета. А оказывается утро - это так здорово! Особенно когда встает солнышко, поют птицы и вокруг шелестит листва. До Измайловского парка всего две остановки на метро, а она так преступно упускает возможность наслаждаться тихими утренними часами! ""А ведь могла бы умереть, так и не узнав, как это классно - гулять в парке ранним летним утром, - привычно подумала Настя.
- Уже четыре года я периодически прихожу сюда по воскресеньям, чтобы пообщаться с Иваном, но в том-то и дело, что я прихожу общаться, а сам факт, что нужно рано встать и куда-то идти, повергал меня в такой ужас, что я ничего вокруг не замечала. Красота-то какая!""
Она медленно бродила по аллеям и тропинкам, вдыхая полной грудью вкусный, чуть влажный воздух, который непривычно холодил неприкрытую волосами шею.
Настя поминутно поднимала руку и проводила ладонью по голове, удивляясь новому для себя ощущению: волосы заканчивались как-то уж очень быстро, и пальцы как будто срывались в пропасть. Всю жизнь, сколько она себя помнила, у нее были длинные волосы, которые она закалывала на затылке в ""хвост"" и которые подрезала примерно один раз в год на несколько сантиметров.
