Почему вы сразу решили, что именно девушка сказала неправду? Почему вы исключили второго мужчину? Он что, такой хороший и правильный, никогда не врет?
- Да мы вообще не знаем, какой он, - пожал плечами Зарубин. - О том и речь, что мы его никак найти не можем. Но он солгать не мог, потому что он вообще в той истории ни слова не произнес, только с девушкой поздоровался.
Гуля задумчиво посмотрела на Сергея и нахмурилась.
- А вы что, в милиции работаете? Зачем вы его ищете? Или вы бандиты, а он вам деньги не отдает?
- Точно! - выдохнул Миша.
- Гуля права.
Ангелочек побледнела и сделала попытку встать. По ее лицу было видно, что если бы попытка удалась, то она уже бежала бы без оглядки от этих двух странных молодых людей, разгадывающих такие странные загадки, да еще и признающихся в том, что они бандиты. Зарубин вовремя угадал ее намерение и крепко схватил за запястье.
- Гуля, ты совершенно права. Если девушка не солгала, то это сделал второй мужчина. Тогда все получается. Мишаня, езжай в контору.
- А ты? - глупо спросил Доценко, хотя было совершенно очевидно, что Сергей намеревается продолжить общение с новой знакомой, а вовсе не с руководством группы по поиску Фаната.
- А я останусь с Гулей, - внушительно произнес Сергей. - И ты еще будешь мне по гроб жизни благодарен за то, что я привел за наш столик такую замечательную девушку. Ты меня понял, бравый капитан?
- Я тебя понял, старлей, - усмехнулся Миша.
* * *
- Ну и наглец!
Андрей Чеботаев оторвался от компьютера и взъерошил себе волосы.
- Это ж надо, - продолжал он, - пришел в салон, сел в кресло, дал Алене себя подстричь, познакомился с ней, да еще и напел, что живет в соседнем доме, чтобы она не удивлялась и не пугалась, если случайно заметит, как он по вечерам за ней следит.
- Ничего не боится, - согласилась Настя. - Или он очень уверен в себе, или просто кретин, что вернее. И все-таки мне любопытно, есть его фамилия в журнале, который вы взяли из салона, или нет. Миша, у тебя копия с собой?
Доценко положил перед ней сложенные вчетверо листы, на которых мужские и несклоняемые фамилии были отмечены желтым маркером.
- Настя, это мартышкин труд, - заметил с сомнением в голосе Андрей. Во-первых, Мишка правильно говорит, он мог предварительно не записываться, просто пришел в салон, а Алена оказалась свободна. А во-вторых, он хоть и кретин, но не до такой же степени, чтобы называть свою настоящую фамилию, знакомясь с будущей жертвой.
