Давай-ка переоденься, умойся, и пойдем куда-нибудь поужинаем. Поставим точку на этой странице твоей жизни и откроем новую.
Ольга встала, медленно пошла к двери, но остановилась.
- Пата, я не смогу жить, как раньше. Теперь, когда я все поняла про себя...
Павел подошел, погладил ее по волосам, крепко обнял.
- Лелечка, ты не сможешь жить по-другому. Будь честной сама с собой, ты такая, какая есть, и другой ты не станешь. Ты сможешь жить только так, как жила. И не питай напрасных иллюзий.
Стоя рядом с мужем, уткнувшись лбом в его плечо, Ольга вдыхала такой знакомый запах дорогой туалетной воды и думала о том, что Павел прав.
Он прав. Как это ни печально.
* * *
Вместе со следователем оперативники сортировали изъятое при обыске в квартире Романа Дмитриевича Рубцова. Помимо документов, видеокамеры и кассет, находившихся в сейфе, они забрали все компьютерные дискеты, записные книжки, письма и даже отдельные маленькие листочки, если на них хоть чтонибудь было написано. Настя Каменская, пристроившись в углу возле принесенного специально телевизора, занималась тем, что через подключенную видеокамеру проверяла записи на кассетах и наклеивала на каждую из них надпись с описанием содержания.
- Письмо в конверте на имя Раисы Федоровны Медниковой, - огласил Сергей Зарубин.
- Давай сюда. - протянул руку Лесников, - их уже три штуки, вот в эту кучку клади.
- Кто такая Медникова? - строго спросил следователь.
- Дальняя родственница Рубцова, помогала по хозяйству. Она умерла, пояснил Игорь.
- Контракты где лежат? Куда класть?
- Контракт - сюда, - скомандовал следователь, тщательно следящий за тем, чтобы каждая попавшая в его кабинет бумажка оказалась внесенной в протокол, составленный при обыске. - Сейчас я его найду...
Он искал соответствующую строчку в протоколе, машинально водя в воздухе карандашом вслед за собственными глазами, и бормотал вслух:
- Не то, не то, дискеты... платежное поручение... договор... вот черт, что-то я не найду, неужели не внесли? А, нет, вот он.
Есть, дальше поехали.
- Договор на туристическое обслуживание, девяносто восьмой год, клиенты Рубцов и Плетнева.
- Есть, дальше.
- Еще один договор, девяносто девятый год. Отдыхать господа миллионеры собирались аж на Майами, - сочувственно покачал головой Зарубин. - Да теперь уж не придется. Все, у меня большие листы кончились, остались только маленькие бумажки с записями. Номер телефона и подпись ""ДЭЗ, дежурный электрик"".
- Сюда, - ткнул пальцем Лесников.
